Пока я находилась в травмирующей обстановке и жила с мамой, моя психика защищалась от болезненных воспоминаний. Но когда я оказалась в безопасности, то стала вспоминать эпизоды из детства, которые раньше не помнила. Мне снились кошмары. Было сложно общаться с людьми. Я не замечала чувства голода. Депрессия стала практически невыносимой, отношения с мужчиной разрушились, меня уволили с работы. Тогда я обратилась к психологу и сообществу «Взрослых детей алкоголиков». Благодаря этому почувствовала себя лучше. Сейчас мы с мамой общаемся, но это нестабильные отношения. Она не пьет уже пару лет — с тех пор, как вышла на пенсию, но мне это не помогает, у меня в голове уже есть та мама, из прошлого. Мне сложно сходиться с людьми. Сейчас у меня есть временная работа, но мужа и детей нет. Мои родители все еще вместе, но они либо не говорят друг с другом, либо ругаются, так что у меня нет модели нормальной семьи. Я понимаю, что с моей травмой нужно работать еще довольно долго. Есть очень много фа