Длинные выходные. Странные выходные. Я говорила когда-то, что моя жизнь сериал. Но сценарист порой уходит в отпуск. Так вот он из него вышел. И решил, что скучать мне нельзя. Надо придумать веселье и срочно!
Сайт знакомств стал немного утомлять. Женатые, извращенцы, люди в поисках развлечений – мало с кем можно просто поговорить. Но тут мой сценарист решил закрутить.
Началось с банального «привет». Я проигнорировала, уж больно фото странное было (потом поняла почему). После этого последовало в изящных словах сообщение. Длинное, любопытное, как будто писатель писал. Решила поболтать. Поклонник Толкина (даже с мечом по лесам бегал), читатель, любитель рока и немного писатель – любит истории. Правда живет в Грязном городе, 160 км. От нас.
Разговорились, с ним легко говорить, мне этого давно не хватало. Не о интимном, не о политике, о людях, о жизни. О музыке и книгах. Такого мне очень давно не хватало. Говорили до ночи. Начали игру – угадай в рассказе правду. Интересно.
На утро он задал мне вопрос о морали и выборе. Мол, мне говорят, что так делать не надо, а душа говорить делай – как быть? Сказала, как делаю сама – слушай себя. Обещал интересную историю днем, после работы. Обещала написать, но закрутилась и забыла.
В 2 часа он спросил все ли я с работой. У меня еще карты контурные, но поболтать то можно. И тут мне прилетает селфи с моей же школой. Он решил приехать, чтобы подарить букет. Я в ступоре немного. Отругала его, что так нельзя. Он улыбнулся, вручил букет и ушел. После прилетел рассказ. Про меня, очень откровенный в плане души и трогательный. Я минут 10 сидела и… улыбалась.
После он позвал поесть, пока есть время до автобуса. Сходили в кафе, проговорили часа 1,5 – он мастер рассказа. Говорит его давно никто не слушал, все зовут занудой. Договорились с ним создать клуб зануд. С трехтомными правилами)) Он темный, не хулиган, но что-то в нем есть темное, не понятное, хочется разгадать. И он заставил меня смеяться. Впервые за долгое время я хохотала. Пытался взять меня за руку – безрезультатно, только когда лужу обходила. И на прощание, пожала ему руку, он ее поцеловал. Это максимум.
Он по поведению напоминает скомороха – шумный, активный, торопыга. Но есть в этой торопливости что-то пугающее. Останавливаю его, прошу снизить темп. Пытается ухаживать, трясет деньгами. Но это же я, я ж эта, сильная и независимая. Купить меня сложно, особенно после Орфея. Я больше не верю словам о семье и обещаниям защиты. И ему, я назвала его Гермес, я это сказала. Что у меня проблемы с доверием. Что торопиться – это не для меня. Общаемся, мне нравится говорить с ним.
Думаете сценарист на этом остановился? Нет. Позже напишу продолжение.