Но каждое утро, проснувшись, и пощурив глаза, ты заставляешь меня вернуться в более беззаботное время, где было такое же утреннее солнце, которое щекотало мое лицо, и твоё - рядом, а надежд на будущее было больше, они казались прекраснее, ярче и ощутимее, и ещё не ускользнули из рук.
И даже в случайности не верила и в силу обстоятельств.
Считала, что не существует чего-то высшего, того, что наблюдает за нами и приводит в одну точку этих меридиан и параллелей. Да и сейчас не верю, и даже не верю в то, что так и должно было быть.
Но каждый день после заката ты заставляешь меня думать, что мы видим одно и то же солнце, а через полгода почувствуем одну и ту же дрожь по коже от первых зимних ветров, и, если захотим, будем чувствовать вместе, а может, ты и вовсе согреешь мои замёрзшие руки своим дыханием на морозе, заботливо поругав меня за привычку не носить перчаток или забывать их в абсолютно любых местах.
Не верю.
Я помню июль, который казался мне холоднее самой сурой зимы, что подорвал во мне веру во все живое и заставил вырезать на сердце слово «никогда» одним беспощадным моим взглядом, и в попытках годами восстановить веру в человечное, тёплое и настоящее, потерять себя ещё сильнее, запутать в стропах падающего на раненную душу груза, медленно не дать упасть на дно.
Кажется, я все ещё жива. И даже ощущаю тепло треснувшего льда.
Но вряд ли когда-то поверю в судьбу.
Но кажется, я понимаю лишь то, почему у меня не получалось все эти годы ни с кем другим.
