– Смотри, – жена раскрыла блокнот, с которым ходила на родительские собрания и подсела к мужу, – в мае учительница про нашего Гришеньку говорила: Учителей в грош не ставит, авторитетов для него нет, интересуется всем, кроме уроков, на замечания не реагирует, якобы все к нему придираются, неусидчив, зато интуиция, как с урока удрать – он первый.
– Ну, – помрачнел муж, за лето отошедший от школьных проблем. – Оболтус.
– А вот и нет! – возразила жена. – Кое с чем у него всё отлично.
– Деньги клянчить и тайком сигареты таскать?
– По ночам наш Гришуня, что делает?
– В интернете сидит.
– Вот! – жена достала рекламную листовку и с торжеством прочитала: "Неприятие авторитетов. Интерес к далеким друг от друга предметам. Неусидчивость. Импульсивность. Невосприимчивость к традиционным приёмам воспитания. Интуиция. Острое чувство социальной несправедливости и, – тут она подняла палец, – быстрое освоение цифровых технологий". Всё сходится. Он – индиго!
– Кто?! – подскочил муж.
– Индиго! – подтвердила жена. – Тайно одаренный ребенок. Все приметы совпадают. Просто ему нужна продвинутая школа. Особая педагогика. С извлечением и развитием этого тайного. Вот список таких школ – узнай условия, будем переводить и спасать Гришеньку.
– А где этот тайно одаренный двоечник?
– К обеду проснулся, взял денег на мороженое и пошел гулять.
Сам Гришенька тусовался за гаражами.
В этот день на побывку приехал определенный за кражу в спецшколу Севка Индусов. За время проведенное вне дворовых друзей, он сильно изменился. Короткая стрижка. Руки украсили наколки, на запястье крупно выведено синим: "Индюк". Сидя на корточках, он курил, пуская дым в небо и скупо бросал старым знакомым:
– Зона есть зона. Подъем... зарядка... кровати заправлять западло, а надо, а то в карцер. Себе заправишь, потом авторитетам. На занятия строем...
– Учиться, Сева? – робко спросил кто-то.
– Какой я тебе Сева?! Я теперь... – Он вздохнул и спустил рукав, закрыв отпечатанного на всю жизнь "Индюка". – Я теперь... "Индус". Учиться западло. Только чтоб авторитетам дать списать. В мастерские строем. Работать западло, но норму сделать надо, себе, потом авторитетам. Вечером телек. Потом постираться-подшиться, себе, авторитетам.
– Каникулы хоть есть?
Индус-Индюк помрачнел. Докурил и щелчком отправил окурок в кусты, плюнул туда же через дырку между зубами.
– Отпустили вот, на пару дней. А так – полный пансион.
Взгляд его остановился на Грише с мороженым в руках.
– От эскимо прешься, Гришан? – ухмыльнулся Индусов, – Дуй ещё за сигаретами. Карты захвати. По карманам у родаков пошарь. Чтоб не меньше штуки принес. И мухой, а то зуб выбью.
В это время отец Гриши старательно нажимал кнопки на телефоне.
– Да-да, ребенок-индиго, школа плачет. Английский? Бисероплетение? Сколько вступительный взнос? Тридцать пять тысяч? И еще ежемесячно? А без бисероплетения?..
Жирный крест перечеркнул название школы на листе.
– У нас в обычной школе проблемы, хотим перевести к вам. Английский-немецкий? Танцы? Двадцать тысяч в месяц плюс питание? А если без питания? Мы ему с собой бутербродов нарежем. И без танцев. Спасибо, я вам ещё позвоню.
Он поставил напротив названия школы знак вопроса и набрал следующий номер.
– Да, в школе проблемы. Там для него авторитетов нет. Мастерские – это здорово. Хотелось бы к вам его определить на пансион...
Голос в трубке перебили сдержанные рыдания за спиной.
– Папа! – сын в дверях тер кулаком глаза, – папа, за что?
– Да вот спецшколу тебе ищу. Ты теперь не просто Гриша, а индиго. Потому и за год три двойки. Не знаем только на полный пансион тебя отдать или домой забирать по выходным?
– Папа, не надо. Я в свою школу ходить буду.
– Надо, сынок, – подошла с кухни мама, – тебе особая педагогика нужна.
Папа снова взялся за телефон.
– Не хочу индиго! – закричал сын и метнулся в свою комнату. Мать заглянула к нему, тут же закрыла дверь и прошептала:
– Кровать заправляет, впервые за лето.
Оставшиеся до сентября дни сына было не узнать. Даже интернет забросил. И как не предлагала ему мать перевод в продвинутую школу, он решительно отказывался. И шляться с кем попало перестал. Родители упрашивали оторваться от учебников и отдохнуть последние дни каникул, но он только головой мотал.
– Двойки исправить надо, и ещё внеклассное чтение. На лето столько книг прочесть задали, а до сентября всего ничего осталось.
Андрей Макаров