«Нет ничего проще сделать как хочешь! Действительно.. Если только «как хочешь» не разрастается до размеров «окапалиптических»! Типа, «растоптать врагов, африканским слоном», «вертикально взлететь до небес — превратив будущее в настоящее», «сверзнуть закостеневшие устои», «овладеть городом ***» ну и «пара коньков, в придачу». И если с некоторыми пунктами — всё «хоккей»! То оставшиеся позволяют задуматься. О бренности бытия, особенных аппетитах и планках кредиторских задолженностей. Хотеть-то мы хотим, а где взять!
Внезапно — налетевшим, надвинувшимся ветром с гор — легла на меня тень. Судя по обуявшему внезапно холоду, большая. Разлипать глаза — и уж тем более поворачиваться на спину! — не хотелось. И я решила пойти дедукцией!
«Если это - туча, то скоро заморосит. Прерывать «сон солдата» смысла нет. И так придётся подыматься, сворачивать покрывало, собирать спешно вещи и нестись к машине. И я… Ух, как же знобко!. А если это бриз с реки — сконцентрировался надо мной и дует, дует, дует… Мне в плечи и поясницу. То сделать с этим ничего нельзя — и хрен с ним!» Я ещё крепче сомкнула вежды — назло гуннам замёрзну до смерти! Подумала было позвать спутника, но вспомнила — он в заплыве. Как моряк — ушёл в плавание. Сказал: «..до того берега сгоняю!.. Не жди, платком не маши..» Я и не машу.
Руки пошире растопырила, щёку поменяла. Иии.. Узрела ноги! Крепкие такие, приметные. Узловатые — сплетениями синих вен, натруженных связок и разработанных хрящей — лодыжки и икры. И что-то выше, пошло в подколенку, мне не видно.. Природа холода раскрылась в своей удивительной простоте! Мне закрыли доступ к солнцу. Не спросясь, не извинившись.
«Аааа..» — рассерженно подумала я, — «тётка приехала в обед кости попарить! Минут сорок будет висеть надо мной, меня и вовсе не замечая. Канешшшны! Кто мы — и кто ейные! Оне — баре! — в офисах, за калориферами и под кондеями сидят. Восемь часов каждый день отдают миру. А я — бесполезная ячейка общества. Когда хочу тогда под солнечные ожоги и ложусь..» Сделанные выводы настроения не подняли! Ещё и матрос — в отлучке. Что делать!
Отодвигать плед — к примеру, ближе к водице студёной, там ключей тьма.. — смысла нет. Она ж — дитя союза бегемота с носорогом! — меня и по пути сметёт. Ибо, после распарки полагается — по ейному этикету — смыть пыль дней и сажу городскую. Раз памятником установилась, почти на голове моей. Значит, точняк в дороге не заметит. И моряк овдовеет не ко времени!
Коснуться плотной волосатой икроножной и — снизу так — «..ммм.. женщина.. а нельзя ли.. мммм… отойти несколько.. вы мне.. Ах, больше не буду! Отпусти, тётенька!..» Где-то подобным образом виделось развитие данной ветки сюжета. Не поймёт!
Продолжать мёрзнуть и перестать «снискать загар ровный, красивый и только в нашем солярии!» Всего-то каких полчаса, перерыв обеденный не вечный. Но! Если она в шашнях с начальником — хотя, кто таких может.. — то застрянет до вечера. А у меня таких свободных времён нет! Я работаю!
В обессилении, зажмурилась и вот-во заплачу. Ну не идёт у меня с люмпеном беседа! Нет контакта и взаимопонимания!..
«Женщина.. Гражданка, да Вы.. Будьте любезны, сделайте три шага на запад. Вооот, хорошо. Какой у вас купальник яркий.. Финский? Да, что Вы говорите!. Я бы решил — Италия!.. День какой тёплый, а вода..» — голос мужской пожух. Тень — вырванная из реалий, на секунды — послушно ушла «на запад».
Снова поменяла щёку, дабы не обозревать! Ни купальник, финский; ни обвислый зад; ни пятки каменные..
Рядом плюхнулись тяжело, пружинисто. Пахнуло, как из разом открытой форточки — речной водой, сигаретами, утренним парфюмом и мужской уверенностью.
«Как ты её увёл, корову эту?» — лениво добирая остатки полудрёмы, уточнила я. «Методы надо знать! Родная..» — и приобнял прохладной рукой за горячие лопатки..»