Нурбану, вошла к Селиму.
Султан встретит свою супругу с улыбкой, встав из-за стола.
- Проходи, Нурбану.
- Селим, я пришла поговорить с тобой об шехзаде Абдулле.
Нахмурив брови, султан произнес.
- Что с ним, Нурбану?
- Он здоров, хвала всевышнему, но нуждается в матери. Я помню, как Мурад тянулся ко мне, будучи ещё совсем маленьким.
- Нурбану. Здесь для него есть все необходимое. Нет необходимости возвращать Сенем ко дворцу.
- Речь не об этом, Селим. Сенем с сыном могут воссоединиться за пределами дворца - в санджаке. Правилами это прописано.
- Возможно я так и поступлю, но не сейчас. Пусть шехзаде подрастёт немного. Удивительно другое. Скажи мне, Нурбану, от куда такая милость к Сенем?
- Если ты забыл, то напомню. Я мать и как никто понимаю её боль. Наследнику нужна сила и опора с младенческого возраста. Получить её можно только от матери.
Султан проведя рукой по голове, задумался.
Пройдя до дивана, сев, он жестом приказал Нурбану сесть рядом.
- Вспомни себя, Селим. Кто был в твоей жизни самым важным человеком от рождения.
Смотря в одну точку, Селим погрузился в детство.
- Мои самые ранние воспоминания связаны с тем, как матушка укладывая меня спать, пела дивную песню на неизвестном мне языке. Я до сих пор помню её голос и запах.
Нурбану накрыла ладонью руку султана.
- Ещё помню, как она прижимала меня к себе, утирая мои слезы.
Вздохнув, султан встал.
- Жаль, Хюррем султан, она покинула нас слишком рано.
- Может это и к лучшему. Она не застала казнь Баязета. За смерть его мы бы с отцом были прокляты ею. Я остался для неё сыном, хоть и не самым лучшим.
- Для матери нет лучших или худших среди её детей, они словно пальцы - какой не укуси - все равно больно. Воспитывая дитя, мать укоряет его за проступки в надежде, что он измениться и станет лучше.
- Ты разбираешься в тонкостях воспитания, Нурбану. Дети наши выросли достойными людьми. Их уважает народ. Это твоя заслуга.
- Спасибо, Селим.
- По поводу, Сенем и Абдуллы, я решу их дальнейшую судьбу и когда вынесу свое решение, то непременно сообщу тебе о нем. Можешь идти, Нурбану.
Почтенно склонив голову, Нурбану произнесла.
- Слушаюсь повелитель.
Шурша юбками, Нурбану плавно шла по золотому пути.
Войдя в свои покои, улыбаясь Джанфеде, она присела возле зеркала.
- О Аллах, госпожа моя. Вы светитесь от радости. Вам к лицу улыбка. Вы словно та юная Сесилия.
- Я буду улыбаться ещё больше, Джанфеда, когда шехзаде покинет дворец. Вся надежда султана. Беседа расположила его к нужному для нас решению.
- Иншалла. Тогда день станет ярче, а ночь короче, госпожа моя.
- Аминь, Джанфеда. Вели Газанферу явиться ко мне.
- Слушаюсь госпожа моя.
Михримах казалось странным поведение Фериде.
Девушка больше молчала и при каждом удобном случае пыталась покинуть покои.
- Фериде! Слушаю вас, моя госпожа.
Подняв бровь, Михримах пристально посмотрела ей в глаза.
- Что с тобой? Ты сама не своя, Фериде.
Пряча глаза от настойчивого взгляда хозяйки, Фериде пролепетала.
- Всё хорошо, моя госпожа.
- Ты передана мне много лет и каждый твой шаг и слово я знаю наперёд. Поэтому, я с уверенностью могу сказать, что с тобой что-то происходит. Если тебе угрожает кто-то, скажи мне. Тот же час этот человек покинет дворец.
- Никакой угрозы нет, госпожа. Лёгкая головная боль мешает заниматься обыдеными делами.
- Сходи к лекарям. Если сказать тебе нечего мне. Зайди по пути к портнихе, нужно пошить шехзаде новый кафтан. Он быстро растёт. Наследник должен выглядеть достойно.
- Слушаюсь госпожа моя, произнесла Фериде, пятясь к двери.
Выйдя из покоев Михримах, Фериде с бешено колотящимся сердцем пошла до портнихи.
Тучная женщина вышивала лиф платья.
Увидев вошедшую Фериде, отложила шитьё и кряхча поднялась с низкого диванчика, стоящего у окна.
- Фериде, тебя послала Михримах султан? Или ты что-то для себя желаешь пошить? Есть новые ткани, можешь подобрать себе понравившуюся и я в короткий срок смастерю прекрасный наряд.
- Спасибо, хатун. Михримах султан желает пошить кафтан для шехзаде. Из старого он уже вырос.
- Неудивительно, дети растут быстро. Ну а ты? Может все же глянешь ткани?
- В следующий раз, хатун. Дел много, побегу.
- Иди, раз так. Сейчас пойду к Михримах султан. Много лет я служу династии и молюсь всевышнему за столь высоко оказанную мне честь. Наша госпожа имеет огромное сердце. Взяв меня во дворец, она спасла меня от голодной смерти. Муж выгнал меня из дома, когда узнал, что родить мне не суждено.
- Где же вы жили, хатун?
- Если это можно было назвать жизнью.. Ночевала где придётся. Очень часто попросту бродила по улицам.
- О Аллах. Как же горько быть никому не нужной, хатун.
- Несколько раз я пыталась устроиться в служанки, но тяжелы ступени в чужой дом. Так и бродила.. Аллах сжалился надо мой, послав госпожу.
- Храни её всевышний.
- Аминь.
Фериде вышла от портнихи.
Муки совести сжигали как адово пламя.
Идя вперёд, она не видела пути под собой.
- Аллах! Фериде, смотри куда идёшь, гневно бросил ей Газанфер, ты едва не наступила мне на ногу.
Подняв глаза на евнуха, Фериде обошла его, устремившись дальше.
- Странная ты хатун, Фериде, кинул ей вслед мужчина.
Фериде не ответила, продолжая идти дальше.
Возле покоев Михримах султан, она набрала побольше воздуха, решив все поведать хозяйке.
Пусть даже она умрёт, но с чистой душой и совестью.
Султанша смотрела, как портниха снимает мерки с Абдуллы.
- Фериде. Принеси чаю и сладостей для шехзаде. Он до них большой охотник, рассмеялась Михримах.
- Слушаюсь госпожа моя, произнесла Фериде.
С каждым шагом она все больше уверялась в том, что Михримах султан должна знать, что Нурбану султан ночью вывозила шехзаде из дворца...