Как раз собираюсь спуститься, как чувствую на бедре горячую ладонь. И замираю, затаив дыхание.
- Рыжуля, в твоем положении не следует по шкафам лазать, - звучит хриплый голос, который еще и срывается под конец фразы. И эти нотки пронзают меня насквозь.
Тело покрывается мурашками. Настолько частыми и заметными, что, кажется, даже мужчина позади меня ощущает их сквозь тонкую капроновую ткань чулок. Кожа пылает под его ладонью, которую он не спешит убирать.
Возгораюсь сильнее. Теперь еще и от стыда.
- Спускайся, - тихий приказ добивает меня.
Вторая рука ложится рядом, придерживая меня таким образом.
Пора прекратить это безобразие. Дергаюсь, фыркаю возмущенно и пытаюсь развернуться, но шпильки подводят меня. Стул покачивается подо мной, точка опоры уходит из-под ног, а я теряю равновесие.
С обреченным «ой» я зажмуриваюсь – и лечу в пустоту.
Но приземление оказывается на удивление мягким и… приятным. Не спешу открывать глаза. Стыдно до коликов в животе. А еще как-то… знакомо.
Крышесносная близость, тяжелое дыхание, одуряюще-вкусный мужской запах, который обволакивает и покоряет, заставляя бабочек порхать внутри.
Моя ладонь покоится на каменной, мускулистой груди. Аккурат на уровне сердца. И оно бьется, как сумасшедшее. В унисон с моим.
Тук. Тук… Бам!
Прикусываю язык, чувствуя металлический привкус во рту, и запрокидываю голову, медленно разлепляя глаза. Часто хлопаю ресницами, пытаясь прогнать галлюцинацию. Но ничего не получается.
Впиваюсь взглядом в знакомые черты идеального мужского лица.
Не совсем точно я на портрете их изобразила, ошиблась в некоторых штрихах…
- Ой, - осознаю, наконец, в ЧЬИХ я объятиях. И чье дыхание опаляет сейчас мои губы.
Но как? Он уволен! Не было его в списке!
Чуть отклоняюсь, продолжая всматриваться в спасителя. Упираюсь рукой в его торс, но оттолкнуть не хватает сил и смелости. И… желания.
Потому что помню это тепло. Эти руки. И этот голос.
- Мы знакомы, – чуть слышно рокочет он, то ли спрашивая, то ли утверждая, а потом вдруг вбирает носом воздух возле моего виска. Вдыхает глубоко, будто насытится ароматом пытается.
Мне сложно понять, почему он нюхает меня. И зачем продолжает сжимать в сильных руках, не опуская на пол. И о чем многозначительно молчит.
Я могу думать в этот момент лишь об одном. Озарение пугает и в то же время волнует меня. Неожиданная встреча ломает барьеры, что я выстраивала минувшие два года. Единственная мысль на повторе крутится в моем воспаленном мозгу и все никак не может найти себе пристанище, потому что я категорически не хочу ее принимать!
Но разве можно отвергать очевидное?
Это. Точно. ОН!
Я пропала…