Каркадил

Прадед часто называл прабабушку «картинка моя». А она в ответ говорила: «уйди, каркадил». Он, конечно, никуда не уходил и опять повторял «картинка моя».

Но в сорок первом ему пришлось уйти. На войну. И Наталья осталась одна с хозяйством, с тремя маленькими детьми, а ещё со свекровью, за которой тогда уже нужно было ухаживать.

Через пару лет к ней начал подбивать клинья сосед Тятюшкин, который почему-то не попал в призыв. Он решил воспользоваться моментом, пока мужа у Наты не было рядом. Она отвечала на всё отказом. Но ухажёр был очень настойчивый и не унимался.

А тут на плечи Наты свалилась ещё одна проблема: в колхозе не отдавали зерно, которое были должны. Говорили, что забрать может только муж. Она не знала, что делать, и написала Мише об этом подробное письмо.

Когда прадед узнал об её бедах, сразу начал действовать. Пошёл к начальнику, рассказал всё, как есть, и попросил отпустить его разобраться с хулиганством в тылу. Начальник оказался понимающим и отпуск дал.

Когда Миша приехал домой, была середина ночи. Дверь, конечно, заперта. Он начал стучаться. Наталья проснулась, но не поверила, что это он. Говорит: «Миша мой на войне, не пущу. Если это и правда ты, иди к Саньке бабе. Пусть придёт с тобой и подтвердит. Тогда открою». Санька баба жила в соседнем доме. Прадед пошёл к ней, разбудил и привёл с собой. Только тогда Ната поверила и открыла ему дверь.

Он быстро навёл порядок: зерновой долг в колхозе забрал и отдал семье. А соседу Тятюшкину пригрозил, что если тот ещё хоть раз сунется к его жене, то он его убьёт. Судя по всему, это сработало, потому что неудавшийся ухажёр больше не досаждал. И Миша мог спокойно вернуться туда, где было по-настоящему неспокойно.

В следующий раз он увидел свою Нату только когда война закончилась. Он опять говорил ей: «картинка моя». А она отвечала: «уйди, каркадил».