Когда-то давным-давно я работала в очень хорошем информационном агентстве. Пишу, что в очень хорошем, не с целью себе цену набить, а потому что оно правда было очень хорошим.
Работала ни много ни мало выпускающим, кажется, редактором. Кажется, потому что уже не помню точно, как моя редакторская должность называлась. Но однозначно не главным. Главным редактором у нас был очень талантливый парень. Характер непростой, как у всех одаренных людей, но в перерывах между разногласиями, мы ладили. Даже больше ладили.
В мои обязанности входил прием по телефону новостей от журналистов (это значит, они наговаривают новость, а ты ее набираешь на компьютере, или они прибегают в мыле в агентство, пишут сами и присылают, ты проверяешь) и корректировка. И самый волнительный и ответственный момент - выложить новость в новостную ленту. Все соревнуются, кто быстрее и круче расскажет о событии. Журналисты агентств между собой, редакторы агентств между собой, ну и агентства, само собой тоже, на признание самым лучшим в городе-миллионнике. Кого цитируют телеканалы, на кого ссылаются, у кого новости эксклюзивные. Работа нервная. Это я теперь, спустя 15 лет понимаю. Не понимаю одного - как я выдержала полтора года. Наверное, потому что хоть и было стрессово, но интересно. И когда я освоилась и почувствовала, что у меня уже хорошо все получается, то гордилась тем, что узнаю новости в городе одной из первых.
Со стрессом я худо-бедно справлялась, а вот некоторые ситуации оставляли во мне неприятный осадок, который всколыхнулся почему-то именно в последние недели.
Бывают такие новости, которые приятными никак не назовешь, но именно они самые читаемые. И вот их любят не только люди их читающие, но и люди их пишущие. Потому что раз они читаемые, то их надо развивать и мусолить.
Случился, например, взрыв на фабрике. И сколько новостей можно из него сделать в тот же самый день. И про то, сколько людей пострадало, что пострадало, сколько служб ликвидировали и проч. На следующий день можно написать про убытки, про состояние пострадавших, про то, сколько потребуется денег на восстановление. Потом про вред, который нанес этот взрыв окружающей среде и т.д. Пока не будет из случившегося выжато все, что можно.
Как редактор я прекрасно понимала, что это – профессионально. Из одного инфоповода делать новости неделю подряд. Но вот как Надежда тогда еще с девичьей русской фамилией, мучилась от необходимости выкладывать подробности негативных новостей день за днем. И с таким внутренним конфликтом работала я регулярно. Он то затихал во мне, то вспыхивал с новой силой. В зависимости от новости и степени ее обмусоливания.
Журналисты недоумевали: «Как ты не понимаешь, это же интересно людям! Все эти подробности, что дальше, кто виноват, чем все закончится и что делать».
У меня всегда был один ответ: «Как редактор понимаю, как человек не хочу». Журналистика, новостная в особенности, никогда не была моим призванием. Просто я привыкла всегда и везде работать хорошо. Поэтому записывала, корректировала, выкладывала.
Я благодарна тому своему опыту, тому агентству и тем людям, с которыми работала. И сейчас каждый раз, когда под влиянием извне, я вдруг проваливаюсь в бесконтрольное чтение новостей, в какой-то момент, та 27-летняя Надя, словно толкает меня в плечо и напоминает, как, для чего и из чего на самом деле делаются новости.
Все это - рейтинги, цитируемость, чьи-то зарплаты и чья-то пропаганда. А время, потраченное на чтение – ваше. Новости будут меняться каждые 30 секунд, но они сложатся в часы вашей жизни, сделавшие чужие рейтинги и прайс-листы на рекламу.
#вся правда #новости #журналистика #принципы #внутренний конфликт #информация #информация к размышлению
