Про некоторые книги говорят, что их нужно прочитать до определенного возраста. Так ли это? Я знаю произведения о школьной жизни, которые берут за душу даже взрослого. А в сказках порой оказываются такие подтексты...
Но "Чайка по имени Джонатан Ливингстон", кажется, ко мне опоздала.
Повесть-притча Ричарда Дэвида Баха рассказывает о таких серьёзных вещах, как свобода самовыражения, поиск истины и расширение границ собственных возможностей. У книги образный язык; практически каждое предложение может стать афоризмом.
Знатоки заметят отсылки к античной философии и христианским текстам. Тут есть буддийские перерождения и пространственно-временные переходы между реальностями. Даже на многих обложках не представитель фауны, а крылатый Икар, показавший древним грекам, что нельзя подниматься слишком высоко к солнцу.
Главный герой назван в память об американском летчике Джоне Х. Ливингстоне, чемпионе воздушных гонок 1920-1930 годов. До самой старости он не отпускал штурвал и умер в 77 лет от сердечного приступа после очередного испытательного полета.
Произведение эксплуатирует классический сюжет о пророке, постигшем истину, но отторгнутом миром. Что-то вроде знакомого: "Провозглашать я стал любви/И правды чистые ученья:/ В меня все ближние мои /Бросали бешено каменья." (М.Ю. Лермонтов). Также здесь можно увидеть метафору на судьбу творческой личности, отголоски авиационной карьеры автора.
Морской чайке Джонатану Ливингстону опостылела птичья рутина. Он одержим идеей полёта - не утилитарного навыка, нужного для добычи пищи, а искусства. Мало-помалу Джонатан Ливингстон берет контроль над телом и духом, постигает новые высоты. За "девиантное" поведение чайку изгоняют из стаи. Вскоре Джонатан встречает братьев по духу, которые увлекают его в свой, более совершенный мир. Возвращается на землю чайка для того, чтобы рассказать остальным "о том, что чайка имеет право летать, что она свободна по самой своей природе, и ничто не должно стеснять ее свободу — никакие обычаи, предрассудки, запреты", и основать вокруг себя что-то вроде культа.
В общем, произведение обещало зажечь в сердце огонёк надежды, что так важно в запутанном постмодернистском мире, где не осталось ни одной чистой краски. Но в то же время оно оставило моё сердце холодным.
Иное дело было бы в семнадцать, когда весь внутренний мир распирало от надежд, нетерпения и смутного страха - ту ли дорогу выбрал? Именно тогда думается, что стоит сильно захотеть, и за спиной вырастут крылья.
Наверное, я черствая зазнайка, но мне было скучно это читать. Аллюзии в тексте настолько неприкрытые, что все ходы автора вызывают мысль "где я это уже видел?". Практически ничто меня не поразило. Мораль истории предсказуема.
Всё, чему учит Джонатан Ливингстон, к двадцатым годам нового века перемолото много раз.
Индивидуализм давно достиг своего пика и подстроил под себя рынок информации. Массовая культура успела опошлить даже такие простые и важные идеи, как важность духовного роста. Денежный оборот коучей, бизнес-тренеров и прочих торговцев откровениями, возможно, сравним с бюджетом страны третьего мира. Слова "ты не такой, как все" и "выйди из зоны комфорта" девальвировались и вызывают лишь нервный тик. Иным людям не хватает жизни, чтобы этого комфорта достичь, а вы всё "выйди, выйди"....
Нет, Ричард Бах не мог предвидеть это.
Стали товаром курсы по исполнению желаний, марафоны связи со Вселенной, уверения в избранности.
Но свобода духа - понятие относительное. Одному, стоя на балконе пятиэтажки, достаточно вдохнуть весеннего воздуха, чтобы ощутить легкость бытия. Другой едет просветляться на какие-нибудь Гоа и Шри-Ланку, но так и не находит покоя. Нужна ли заумная эзотерика для того, чтобы становиться лучше прямо сейчас, не земле, в мире людей? Каждый решает сам.
Читая притчу, я думала о том, что если все чайки займутся спортом высоких достижений, то популяция вымрет. Ведь добывать еду и растить молодняк для самоназванных мессий будет ниже своего достоинства.
А вдруг некий птенец с перебитым крылом преисполнится философии Джонатана, но так и не научится подниматься выше нескольких метров? Не ждет ли его жизнь ещё более горькая, чем если бы он не знал о пророке и его фантастической мечте?
Да и чайки-обыватели не виноваты в своем невежестве. Бытие определяет сознание; у птиц нет энциклопедий и школ, вся их жизнь - борьба за существование. Если вернулся без улова, сам пропадешь и выводок пострадает. А ещё непогода, хищники... В системе ценностей стаи нет места непрактичной метафизике.
Если чайки у Баха столь же разумны, как люди, представим сюрреалистическую картину: птицы изобрели промышленное рыболовство и рыбофермы, лаборатории с препаратами от птичьего гриппа и прочие блага цивилизации. Все сыты и здоровы, каждый посвящает час в день каким-нибудь хобби, вроде тех же полетов. Вот тогда познание перестанет быть вещью в себе, а послужит на благо всей стаи. Разве не прекрасно?
"Чайка по имени Джонатан Ливингстон" противопоказана материалистам, но в ней есть что-то подкупающее. Я понимаю, почему книга заняла своё место в мировой культуре. Думается, автор искренне верил, что каждая новая строка отрывает подошвы его души от пола, от низменности и суеты. Старые истины - не есть плохие истины. Людям по-прежнему нужна мечта в её наивном, дистиллированном виде. Иначе как смотреть на жизнь без отчаяния?
Были ли в вашей жизни книги, которые просились в руки много лет, но не впечатлили?
#Чайка по имени джонатан ливингстон #ричард бах #рецензия на книгу #литература #книга