Вчера вечером смотрела, как дети играют в фанты: достают карточки и выполняют задания. Дане быстро надоело играть, да уже и поздно было, он достал фант для Кати, и, пользуясь тем, что она пока не умеет бегло читать, "прочёл" в карточке то, чего там не было: "Поцелуй маму и иди спать".
Катя удивилась, но она маленькая и наивная - поверила, а мы с сыном заговорщически переглянулись, и я хотела засмеяться, но получилось странное кряхтение.
- Как твоё состояние? - спросила я днем ранее знакомую.
- Пару миллионов, если поскрести по сусекам, - ответила она.
Это шутка. В смысле, я, конечно, не про деньги спрашивала. Над шуткой нужно смеяться.
А я не могу. Получаются какие-то натужные хрипы, будто я подавилась.
- То ли смех, то ли кашель, - прокомментировал тем вечером сын мои звуки.
Я смотрела с детьми фильм про мальчика Тима, который продал свой смех.
У него отец умер, ему нужны были деньги, и тут как раз один ушлый господин предложил:
- Продай свой смех, тебе все равно не до смеха. А взамен ты будешь выигрывать любые пари...
И Тим продал.
И там есть сцена, как он пошел в кино на комедию. И все вокруг хохочут, а он тоже пытается, но никак.
Какой-то хрип вместо смеха.
Вот, я сейчас чувствую себя Тимом, когда надо засмеяться, хотя я никому смех не продавала, просто он растворился в плохих новостях, и общих (понятно каких), и личных: дети болеют, книга буксует...
Летом я два дня жила в чужой квартире с чужой болеющей собачкой. Хозяйка собачки попросила - ей надо было срочно уехать, а мне то предложение было даже кстати: хотелось закончить работу, и чтоб никто не отвлекал.
И я два дня согласилась пожить одна, присмотреть за собачкой.
В той квартире была сделана перепланировка и квартира перестроена в студию.
Обычно коридор в таких квартирах заканчивается кухней, а там он заканчивался стеной, на которой висело зеркало.
Я никак не могла привыкнуть.
Идешь себе в полутьме на кухню, а с кухни тебе навстречу - какая-то лохматая женщина в пижаме, при том, что в квартире я одна.
Ну, то есть с собачкой.
И я первый день прям вскрикивала от страха, когда врезалась в себя. Это ж я шла навстречу, из зеркала...
Сейчас я живу дома, но в последнее время я себя будто не узнаю и даже боюсь.
Я просто никогда не чувствовала столько новых и противоречивых чувств сразу, и что сварится внутри из этих ингредиентов - не понятно. Съедобное или нет, адекватное или нет?
У меня тут дочь лепила из пластилина куклу. Лепила-лепила - вылепила. Но ей не понравился результат - голова большая и кривая, и платье треугольное, и она смяла куклу ладошкой.
Я себя прежнюю тоже так долго лепила из всяких инсайтов психологических, месила глину характера, и вылепила такую всю нарядную, понимающую, мудрую, и мне нравился результат.
Но в новом немире всё это не пригодилось, и новый немир смял меня ладошкой, и очень хочется в старый мир, а старого больше нет.
И надо бы вылепить себя заново - всё ж на месте, просто комом, но что-то никак.
У меня с самой собой всегда были "высокие отношения". Мне хотелось научиться себя любить, но это сложно, потому что я себя слишком хорошо знаю,и мне очевидно, что я очень далека от совершенства. С другой стороны, любят же не только совершенства. Таких вот, как я, тоже много кто любит . Я хотела себя изменить к лучшему, чтобы свои ожидания оправдать, и наконец, влюбиться, но никак не получалось: меняться мне не хотелось, тем более для того, чтобы какая-то там Я меня любила. Замкнутый круг, в общем.
В одном фильме мужчина описывал свои закончившиеся отношения с женщиной. Его спросили про его бывшую подружку, и он переспросил:
- Кто? Подружка? Нет, она не была подружкой... То есть она больше, чем друг... Партнёр, может... 40 тысяч лет существует человеческий язык, а у меня нет слов чтобы описать наши отношения. Значит, они сразу были обречены...
Вот. Мне кажется, мои отношения с самой собой тоже обречены на нечто безответное.
Я хожу к психологу. Чтобы справиться.
Мой психолог сказал фразу, которую я ношу внутри много дней, хотя фраза эта прошмыгнула в разговоре как не ключевая.
Она сказала: "У меня большинство сейчас приходят с запросом "Помогите вынести всё это происходящее, страшное", но часть из них всё страшное видели только на экране телефона, а есть те, кто видел всё это своими глазами..."
Своими глазами...
Я больше не читаю комментарии в тех соцсетях, где мне только плохое пишут, желают гадости мне и детям. А читать это, когда ребенок температурит, совсем невыносимо.
Нет, я не верю в "накликали", просто весенняя простуда, но ресурса на чужие проклятья больше нет. Лимит исчерпан оказался.
Обычно после сессии психолог спрашивает меня: "С чем уходишь?"
И я отвечаю развёрнуто - про инсайты, про ощущения.
А в последнее время я слушаю себя и понимаю: ни с чем не ухожу. С пустотой внутри. Я с ней уже много дней живу, и уходя отовсюду, беру ее с собой.
- Я ухожу ни с чем, - отвечаю я. И пугаюсь, что обидела психолога. Хотя с другой стороны: врать, что мне стало хорошо, я не хочу. Мне не стало.
- Знаешь, это звучит страшно. Будто я бесполезна. И если это так, я пойму и приму. Но я выбираю смотреть на твой ответ с точки боли, с которой ты пришла. А уходишь ни с чем. Значит, эту боль ты оставила здесь? Ничего не набрала хорошего в своё лукошко, но плохое-то оставила. И с этой точки всё не бесполезно.
Наверно, все на свете не бесполезно с какой-то точки...
В ютубе есть видео многочасовое, как кто-то ножницами режет струю воды. Да, воды. Да, ножницами. Миллионы просмотров. Небесполезно, выходит?
Хочется писать легко и отвлечённо. Но пока не получается писать, как раньше: берешь мысль - и раскрываешь через окошечки метафор.
Сейчас мысль скачет на ментальных батутиках внутри, системности никакой, высокая тревожность, вот это пресловутое "надо всегда быть начеку", и "в каком стиле вы работаете, Оля?" - "В стиле винегрета".
Винегрет подан. Приятного аппетита.
Как там ваше состояние?
Можно отвечать в рублях)
