Здравствуйте, мои дорогие друзья! Как подписчики, так и просто заглянувшие в гости!
Я хочу представить вам мой авторский рассказ о технике, о людях, о философии, о взглядах на жизнь, об интеллектуалах.
Рассказ называется "Буханка и Туарег".
Итак, помчались!
Жил был один житель Москвы. Его звали Пётр. Это человек лет сорока, высокого роста. Худощавый, но жилистый. У него свой бизнес, связанный с какими-то народными промыслами. А потому Пётр часто выезжал в один из сибирских посёлков, где у него был свой дом.
Обосновавшись там на довольно долгое время, скажем, на месяц или даже два, он навещал своих старых знакомых, которые изготавливали самые разные вещи-поделки. Это и лапти, и корзины, резьба по дереву, изделия из ткани, эксклюзивные предметы домашнего обихода. Искусные ремесленники со времён глубокой старины передавали свои знания и навыки последующим поколениям ремесленников. В Сибири сохраняются древние промысловые традиции. Изделия изготавливаются из дерева, металла, камня, кожи, меха, а также из кости и рога зверей. Народы Сибири, например, эвенки, делают сложнейшие вещи из шкур зверей. Естественно, это всё пользуется спросом и за границей. А Пётр нашёл контакты с заграничными покупателями, которые очень ценят народную культуру и готовы платить за эти изделия очень хорошую цену. Да и в Москве сбыт тоже приносил доход. Пётр помогал реализовывать эти предметы и был в очень хороших отношениях с ремесленниками, которые были немало заинтересованы сотрудничеством и всегда ждали его приезда.
Будучи жителем Москвы, Пётр любил свой город за хорошие возможности для заработка и за высокую концентрацию деловых и прогрессивных людей. Но его не устраивал бешеный темп жизни, огромные многоэтажки, заторы на дорогах и вообще этот бег.
Пётр рассуждал так: бизнес и ритм жизни должны быть умеренными. В жизни существуют определённые пропорции. Например, состав горючей смеси в системе питания. Чтобы получить наивыгоднейшее сочетание мощности и экономичности, на одну единицу массы бензина должно приходиться порядка пятнадцати единиц массы воздуха. Иначе, мотор будет работать плохо, либо не будет работать вообще. Или ещё пример: двигатель автомобиля наиболее долго работает тогда, когда чаще всего используются средние обороты. Не когда его «перекручивают», либо наоборот, ездят «внатяг», а именно средние обороты! Вот и человек дольше и счастливее всего живёт, если вся его жизнь проходит «на средних оборотах». В народе это называют «золотой серединой».
Именно поэтому Пётр заинтересовался таким видом бизнеса, как торговля народными промыслами. Это позволяет ему уезжать в другие условия.
А ещё Пётр увлекается техникой. В студенческие годы, учась в институте, он отремонтировал старые Жигули ВАЗ-2101 и ездил на них, что в то время было очень почётно.Итак, наш герой стал часто и подолгу жить в одном сибирском посёлке. Для местных деловых разъездов ему понадобилась машина. Но какую предпочесть? Учитывая свои знания и умения в техническом плане, он остановил свой взгляд на УАЗ-452, который в народе называют «буханка». Это название чрезвычайно метко. Эта машина и правда здорово похожа на ржаной хлеб. На таком аппарате можно увезти очень много. Машина обладает нестыдной проходимостью, а главное – ремонтопригодностью. И запчасти на неё можно найти сразу, а не ждать долгое время. Для Сибири это очень важно.
БУХАНКА - ЭТО, ЕСЛИ МОЖНО ТАК ВЫРАЗИТЬСЯ, НЕ «ДОМ», А «УЧАСТОК». ПРИОБРЕТАЯ ЭТУ МАШИНУ, ВЫ ДОЛЖНЫ САМИ ПОСТРОИТЬ НА ЕЁ ОСНОВЕ ТРАНСПОРТНОЕ СРЕДСТВО «ПОД СЕБЯ», ПОД СВОИ ВКУСЫ И СВОИ НУЖДЫ.
Пётр решил приобрести буханку. Чтобы не переплачивать, стал искать по объявлениям подержанную, самой простой комплектации, как в советские годы – без усилителя руля, карбюраторную, без излишков. Да и к чему они? Машина-то для дела нужна. Это в Москве у него новенькая Хонда-аккорд, а Сибирь это Сибирь!
Купив буханку, Пётр загнал её к себе в мастерскую. Надо поменять масло и фильтры, проверить состояние всех тормозных колодок, в общем, «пройти» всю машину и сделать её «под себя».
Совершив все манипуляции, наш товарищ решил оснастить буханку полным комплектом инструментов, необходимым минимумом запасных частей, а именно: распределитель зажигания в сборе, ротор распределителя – «бегунок», несколько свечей, высоковольтные провода, запасные колёса, насос, пила, топор, а самое главное – тёплая зимняя одежда, которую в условиях Сибири следует возить с собой всегда, даже летом.
В машине должны быть канистры с бензином, паяльная лампа, трос для буксировки и ряд других полезных мелочей, вроде ножа и фонаря. В Сибири ничего не может быть лишним. Помимо всего прочего, в салоне Пётр установил автономный отопитель…
…В Москве жил и другой человек. Звали его Антон. Ему лет сорок – сорок пять. Он переводчик. Прекрасно владеет английским и немецким языками. Занимается переводами, в основном, научной и деловой литературы. Неплохо зарабатывает. Умный человек, деловой. Интеллектуал. Любит хорошо одеваться, щеголеват. Его основное правило – это эффективность жизнедеятельности. Он считает, что каждый человек должен заниматься своим делом. Потреблять общественные блага, отдавая взамен свою узкую специализацию. В принципе он прав. Это так и должно быть. Но… В условиях большого города! Он недооценивал универсальность, которая так нужна в экстремальных ситуациях!
Антону иногда надоедала жизнь в слишком большом городе и тогда он предпринимал своеобразный автопробег. Антон владелец роскошного внедорожника Фольксваген-Туарег. Турбодизель, коробка-автомат… Перечислять всё даже лень. Антон обожает хорошую технику и доверяет ей. На этом кроссовере он отправляется в Сибирь. В то самое сибирское село, где часто и подолгу живёт Пётр и где у Антона тоже есть дом, доставшийся от бабушки. Пётр и Антон сдружились. У них всегда находились интересные темы для бесед. От философии до музыкальных направлений. Любят они и поспорить. Красное сухое вино, либо напротив, коньяк прекрасно оживляют беседу, особенно когда за окном трещит лютый мороз…
Пётр, в отличие от Антона, более универсальный человек. Антон же никогда не полезет руками в технику. Он полностью доверяет своему Туарегу и инженерам, которые его сделали. Считает, что тот никогда не сломается в дороге. И поэтому часто ездил в одном свитере, хотя на улице стоит серьёзный мороз.
- Антон, а чего ты одежду-то не берёшь с собой? – спрашивал его Пётр.
- А зачем? Мне в машине тепло. Она надёжная. Такого класса машины не подведут никогда, Петь!
- Ну, это ещё неизвестно. Конечно, он надёжен, но мало ли что? Кинул бы в багажник хоть ватный костюм, да валенки!
- Да брось, ты! – улыбнулся Антон. – Машина умница!
Однажды вечером Антон решил прокатиться на своём Туареге. Как всегда, в одном свитере он сел в уже прогретую машину и тронулся с места. Хорошее ускорение и скрип плотно укатанного снега укрепили замечательное расположение духа. Чёрное зимнее небо украсилось несчётным множеством звёзд. Туарег на хорошей скорости следовал по зимней дороге. Вокруг ни души! Это вам не города с платными парковками и очередями у светофоров! По дороге, по которой мчался Антон, за всю ночь могло не появиться ни одного автомобиля! Да и кому это нужно ехать куда-то в такой мороз, ну разве что по великой необходимости.
Отмахав по укатанной зимней дороге порядка двадцати километров, Антон задумал развернуться и отправиться назад, домой. Для этого надо съехать в снег, так как в ближайших километрах места для разворота не было. Можно было, конечно, развернуться и на такой узкой дороге, не съезжая с неё, но это надо было делать в несколько приёмов. Зачем так церемониться?
Туарег уверенно въехал в снег и стал разворачиваться, просто двигаясь по кругу. Его проходимости вполне хватало для преодоления снежного барьера, а мощный двигатель без малейшего напряга крутил массивные колёса кроссовера…
Резкий скрежет прервал приятные ощущения. Что это могло быть? Видимо, за что-то задел. Антон выехал из снега на дорогу и решил осмотреть машину. То, что он увидел, заставило его остолбенеть. Нижняя облицовка радиатора была напрочь изуродована, а из самого радиатора сильной струёй, толщиной с палец, вытекала, похожая на кровь, красная охлаждающая жидкость.
Инстинктивно, Антон бросился в салон и заглушил двигатель. Хотя, для чего? Лучше бы он бросился гнать во весь опор в сторону дома, пока машина не утратила ход! Разве он сможет устранить течь радиатора, будучи раздетым, в тридцатиградусный мороз, не имея ни инструментов, ни фонаря, ни каких-либо технических знаний и умений? А если и устранит, то где он найдёт любую охлаждающую жидкость?
Бросив отчаянный взгляд на развороченный колёсами сугроб, Антон увидел в снегу кусок бетонной сваи, из которой торчал толстый прут железной арматуры, который как раз и изуродовал радиатор.
Мгновенно осознав смертельную опасность, наш друг принял решение срочно ехать так, как есть. Плевать на мотор, жизнь дороже! Главное – дотянуть до дома. До ближайшего строения километров двадцать. Отправляться туда пешком и в свитере, без шапки, на ветру, при таком морозе, да при его физической подготовке нечего и думать!
Быстро запрыгнув в машину, Антон повернул ключ. Но стартёр просто молчал. Очевидно, железная арматура повредила не только радиатор, но и что-то в цепи системы запуска. Может, оторвала какой-то провод или ещё чего…
Антон беспомощно осматривал машину. Под капотом всё плотно и ничего не понятно. Нет и речи о том, чтобы он нашёл, а тем более устранил здесь и сейчас причину выхода из строя системы запуска. Запустить машину с «толкача» либо, вращая вручную приподнятое ведущее колесо, наш товарищ тоже не мог и не умел, да и домкрата у него не было. К тому же не известно, возможно ли произвести такой запуск с автоматической коробкой передач?
Всё. Туарег превратился в беспомощную кучу железа. Что делать-то? Кровь била по вискам так, словно два молодчика одновременно ударяли по вискам своими резиновыми дубинками. Как быть?
Антон бросился в ещё не остывший салон автомобиля. Хорошо, что у салона относительно неплохая теплоизоляция, которая позволит теплу продержаться ещё какое-то время. Всё! Надо звать на помощь! К счастью, у Антона был с собой телефон. Трясясь, тыкая пальцами по сенсорному экрану, он набрал номер Петра. Пошли гудки. Значит, звонок зазвенел. А вот произошло и соединение.
- Привет, Антон! Как дела-то у тебя?
- Петь, привет! Я погибаю! Помоги мне срочно!
- Что случилось-то?
- Я поехал по дороге в сторону Палагино. На полпути попал в аварию. Ехать не могу, замерзаю! Помоги!
- Где ты?
- Километров двадцать отсюда по дороге в сторону Палагино!
- Всё! Всё! Я помчал! Держись, я скоро буду!
Пётр всё понял. Времени терять было нельзя. Хорошо, буханка ещё не успела остыть, он только полчаса назад приехал на ней домой. Быстро одевшись, Пётр прыгнул в машину, запустил двигатель и рванулся на помощь своему товарищу…
…Антон сидел в Туареге. Салон остывал, а у него не было толком ни одежды, ни даже шапки! Стёкла в машине покрылись слоем льда и стали непрозрачными, как окна в поликлинике, за которыми не видно, как переодеваются пациенты. В машине уже было ненамного теплее, чем на улице. Помогало только отсутствие ветра в салоне. Антон тёр лёд на стекле и вглядывался в чёрную пустоту, пытаясь разглядеть вдалеке буханку Петра.
Так прошло полчаса, которые показались ему как часов десять мучительного ожидания.
И тут, наконец, наш друг увидел какой-то проблеск. Проблеск был очень далеко. Может, показалось? Через несколько секунд он увидел небольшой огонёк. Это обнадёжило его. Через минуту огонёк был виден ещё лучше и можно было определить, что это две фары какого-то автомобиля.
Так и есть! Это спасительная буханка!
Вот подъехал Пётр. Выпрыгнув из машины, он бросился к Туарегу.
- Ты жив? Давай в машину скорей! Давай! Не задерживайся!
Антон, уже спасшийся, обессилено плюхнулся на сидение в тёплом салоне буханки. Работал автономный отопитель.
- Петь, спасибо тебе! – пролепетал Антон.
- Давай, давай! Вон, бери термос с горячим чаем! Пей!
- Спасибо, Петь!
Антон глотнул чаю. Тёплое питьё протекло в его нутро. Потихоньку он стал согреваться.
- У меня ещё водка есть во фляжке. Немного, грамм сто, может даже меньше.
Антон выпил полтора глотка водки и запил чаем. Стало хорошо.
- Чего произошло-то? – спросил Пётр.
- Э-эх! Дурак я! Ты ведь прав был… На счёт надёжности… Стал разворачиваться в снегу, а там арматура!
- Понятно! Вот в чём дело-то! Ты понимаешь, не создало ещё человечество абсолютно надёжной техники. Поэтому в экстремальных условиях важней не надёжность даже, а «живучесть», то есть возможность починить технику, если произошла поломка.
- Да, Петь, не буду я больше спорить с тобой. Любая техника уязвима…
Спасибо за внимание, дорогие друзья! Жду лайков, подписок и комментариев. В общем, жду ваших оценок.
И ещё: имели ли вы дело с такими машинами?