В данной статье я не собираюсь выступать в роли адвоката Мединского, чья пресс-конференция вызвала столько эмоционально негативных откликов. Психологически понятных, о чем я написал в предыдущем материале.
Признаться, с точки зрения риторики и самой стилистики выступления, мне она тоже не понравилась. Да и время было выбрано крайне неудачное для изложенных сентенцией – общество испытывало справедливый гнев по поводу буквально намедни обнародованных кадров пыток российских военнопленных.
Но реакция на выступление помощника Президента – эмоции, а они не совместимы с аналитикой, согласитесь.
Как историк сошлюсь на прошлое. Уже как-то писал: политика – это искусство возможного. Искусство непростое. Его мастером был Бисмарк, сформулировавший принципы Realpolitik. А примерно за 250 лет до него другой гениальный политик, кардинал Арман Ришелье, ошарашил католический мир, поддержав протестантскую Швецию в борьбе с католическими князьями Германии в ходе Тридцатилетней войны. И будь в то время интернет, представляете реакцию немецких католиков на столь «предательский» шаг Франции?
А Пакт Молотова-Риббентропа? Также ведь вызвал недоумение. И существуй интернет тогда – взорвался бы гневным: «Все пропало, шеф!». Причем с обеих сторон.
И это – не единственные примеры политических коллизий, нам, простым обывателям, не всегда понятных.
Со стамбульскими спитчем Мединского тоже самое. Да, он не мастер Realpolitik. Скорее, к нему применимо крылатое: «Хотели как лучше…».
Но не прошло и двух дней, как стало очевидным: приостановка военной активности на Киевском и Черниговском направлениях обусловлена необходимостью перегруппировки войск для замыкания котла на Донбассе. Соответственно, уничтожение сильнейшей и наиболее мотивированной к сопротивлению группировки ВСУ фактически положит конец организованному сопротивлению противника, которое, как я уже писал, и так носит очаговый характер.
Кроме того, снижение активности в районе Киева и Чернигова обусловлено стремлением сохранить как жизни гражданского населения и гражданскую инфраструктуру, так древние памятники культуры и святыни, расположенные в обоих городах. Да и в случае штурма – нам же потом все разрушения восстанавливать.
Да, по поводу городов. Как справедливо заметил политолог Семен Уралов, – а с его взвешенной, спокойной и очень грамотной аналитикой я рекомендую познакомиться моим уважаемым читателям – именно в страну городов сейчас превращается Украина. Ссылка на телеграмм-канал Семена: https://t.me/s/su2050.
И руководство оных, на свой страх и риск, либо пытается оказывать лишенное военного смыла и бесперспективное, в условиях свершившегося де факто распада украинской государственности, сопротивление превосходящим силам российских войск, обрекая гражданское население на страдания, а инфраструктуру – на разрушение. Либо оно договаривается с нашим командованием и жизнь постепенно входит в обычную колею. Только без неонацистского бандеровского террора.
Соответственно, слова Мединского о внеблоковом и безъядерном статусе Украины – это про будущее Украины. «Своевременно ли?» – спросите. Ответ – в заглавии. Послевоенный статус Германии обсуждался Сталиным, Черчиллем и Рузвельтом почти за два года до Победы, когда, да, стратегическая инициатива уже прочно перешла к Советскому Союзу, Но третий рейх все еще оставался серьезным противником.
Так что еще раз повторю – слова Мединского о будущем Украины, причем намеченном только в контурах. Допускаю, решаться оно будет без Соединенных Штатов: Байден уж очень здесь «постарался». Впрочем – поглядим.
Ну а в рамках дня сегодняшнего российская армия продолжает громить противника, освобождая Донбасс. Так что сохраняем спокойствие и холодный рассудок, уважаемые читатели.
.
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал .
Игорь Ходаков