– Отчество-то у него есть, он же русский? – настаивала дама из бюро пропусков. – Ну как сказать русский… такой же, как и я. – усмехнулся я, показав на свой армянский нос. Аргумент не сработал: – Без отчества пропуск выписать не могу. – Он же иностранец, пусть и бывший советский. У него в паспорте нет отчества, – начал было я спорить, но понял, что так мы опоздаем на встречу. Звонить заказчику тоже отняло бы время. Легче пойти другим путём. Я обернулся к коллеге, командированному из Штатов: – Марк, как тебя по батюшке? – Не понял. – Отчество у тебя какое? – Надо же, меня никогда не называли по имени и отчеству. Я же в шестнадцать лет эмигрировал, в семидесятые. Отца звали Ефим. – Марк Эфимович, – сообщил я в окошко. – Ну вот, а говорили, что нет, – хмыкнула дама и вписала в графу. – Марк Эфимович, – вполголоса произнёс товарищ, прислушиваясь к звучанию. – Ну надо же! Дело было в 2008-ом, когда всей планетой переживали финансовый кризис, и в Москву из Нью-Йорка мог приехать еврей, родом