Иван Копец стал одним из немногих военачальников, которые погибли в первый день Великой Отечественной войны. До сих пор обстоятельства смерти генерал-майора авиации, а также мотивы, толкнувшие его на отчаянный шаг, вызывают споры среди историков. Кто-то называет Ивана Ивановича храбрым человеком, а кто-то – трусом.
Карьера, которая чуть не разрушилась
Иван Иванович Копец родился в 1908 году в Царском Селе в семье слесаря. Как пишет в своей книге «1937 год: элита Красной Армии на Голгофе» Николай Черушев, окончив неполную среднюю школу, Копец устроился секретарем окружного суда. Однако ноябре 1927 года он получил комсомольскую рекомендацию для поступления в Ленинградскую военно-теоретическую авиационную школу. После ее окончания Иван Иванович стал курсантом элитной 1-й Качинской военной школы летчиков имени Мясникова в Севастополе, где затем и остался в качестве летчика-инструктора. Позже он был назначен командиром 70-го отдельного истребительного авиационного отряда специального назначения при Военно-воздушной академии имени Жуковского.
В 1932 году карьера молодого летчика едва не разрушилась. Тогда, по утверждению Дениса Соловьева, автора издания «Командно-начальствующий состав Красной Армии в советско-финляндской войне», в авиакатастрофе Иван Копец разбил самолет Р-5, за что был приговорен трибуналом к 3 годам заключения. Однако уже в следующем году он вышел на свободу по амнистии. До начала Великой Отечественной войны Иван Иванович сумел снова вскарабкаться наверх. Он окончил курсы усовершенствования высшего начсостава при Военной академии Генштаба и был направлен в Испанию, где совершил более 200 вылетов, лично сбил 2 самолета и был удостоен звания Героя Советского Союза.
Трагедия в первый день войны
22 июня 1941 года, когда гитлеровская Германия напала на Советский Союз, Иван Копец был уже генерал-майором авиации и командовал ВВС Западного фронта. В результате внезапной атаки немцев, как пишет Николай Седых в издании «Истоки и уроки Великой Победы», к полудню первого дня войны советские военно-воздушные силы потеряли 1200 самолетов, из них около 900 было уничтожено прямо на аэродромах. По-настоящему тяжелые потери понесла авиация Западного особого военного округа. Только 210 самолетов противник сбил в воздухе, а 525 – на земле. Примечательно, что, по словам А. В. Сульдина, автора издания «История СССР», до этого Копец, узнав из разведданных о готовящемся нападении, поднял авиацию в воздух, но Москва приказала дать отбой.
Если верить Петру Балаеву, автору книги «Клим Ворошилов», Иван Копец облетел аэродромы и ужаснулся последствиями немецкой атаки. Генерал вернулся в штаб ВВС, написал прощальное письмо супруге, положил его в летный планшет и покончил с собой. Стоит отметить, что мнения о поступке военачальника расходятся даже среди современных историков. Так, Николай Седых считает, что Копец, будучи порядочным человеком, не стал искать виновников произошедшего, а просто принял всю вину на себя. Седых на страницах своего издания «Берия» вторит и Анатолий Сульянов. По словам Сульянова, Иван Иванович был мужественным и храбрым человеком.
Трус и предатель?
Однако генерал армии Дмитрий Павлов, который был расстрелян в июле 1941 года за трусость, утверждал, что Иван Копец покончил с собой, потому что был трусом. С Павловым согласен и Владимир Поляков, написавший книгу «Воздушные разведчики – глаза фронта. Хроника одного полка. 1941–1945». Поляков не верит в то, что Копец не выдержал вида разрушенных аэродромов. Как считает автор издания, Иван Иванович на самом деле боялся ареста. Даже существует версия, что он в действительности добровольно ушел из жизни не 22, а 23 июня 1941 года, когда уже находился в застенках НКВД. В доказательство данной версии Поляков приводит тот факт, что сразу же была взята под стражу жена Ивана Ивановича, а, значит, арест генерала намечался или уже был реализован.
Леонид Млечин в издании «Гитлер против Сталина» также высказывает уверенность в том, что Иван Копец непременно был бы расстрелян, как и Павлов. Между тем, большинство историков не считают Ивана Ивановича предателем. Напротив, приводится множество доводов, касательно того, что к таковым не стоит причислять даже Павлова. Так, Петр Балаев задается вопросом о том, почему Копец отправился облетать аэродромы, а не улетел в штаб фон Бока, как настоящий предатель, и не доложил тому о выполнении задания по приведению советских войск в неготовность. По мнению Балаева, если бы Копец не был честным человеком, он бы выбрал плен. Тем более, что такая возможность у него была.