- Проходите, проходите, - радушно приветствовал нас с папой открывший дверь мужчина, - А это, значит, и есть знаменитая Таташа! То есть Тотоша!
Я во все глаза смотрела на незнакомца: ведь точно видела первый раз в жизни, но лицо было как будто знакомо. И откуда он знает, как меня зовут? (история здесь).
- Меня Виктором Петровичем зовут, можно просто дед Витя, - мужчина протянул мне руку, - Будем знакомы. Хотя заочно я тебя уже знаю, внук столько о тебе рассказывал!
Я вопросительно взглянула на папу.
- Виктор Петрович – отец дяди Андрея и, соответственно, Колин дедушка, - пояснил папа, - Я же тебе говорил!
Точно! Вот кого напоминал мужчина – дядю Андрея! Такой же высокий, синеглазый и улыбчивый! Из-за его спины появилась симпатичная женщина:
- А я Марина Николаевна, бабушка Коли. Проходи, Наташа.
Папа оставлял меня у этих людей, а сам уезжал на вокзал встречать маму. Она тогда ездила на какую-то конференцию, мы должны были встретиться в Москве и уже втроем ехать на поезде в Сочи. Папа благополучно убежал, следом за ним засобиралась и Марина Николаевна:
- Сегодня последний учебный день, мне нужно табели раздать, - мягко произнесла Колина бабушка, - Ты с дедом Витей посиди, хорошо?
Я дедушек себе представляла немного по-другому, примерно, как деду Мишу, который по моим понятиям всегда был старый. Но Виктор Петрович мне подмигнул, и я согласно кивнула:
- Посижу.
Оставшись вдвоём, мужчина заговорщически спросил:
- Ты умеешь хранить секреты?
- Конечно! – горячо заверила я, - Я никому не сказала, что Колька свой рыбий жир мне отдает!
- М-да, хранитель секретов из тебя не самый лучший, - засмеялся дед Витя, - Но я тебе верю!
С этими словами он достал небольшой пузырёк и пояснил:
- Это моё лекарство, вроде микстуры.
Я кивнула головой:
- Мерзавчик.
Выражение лица Виктора Петровича надо было видеть! Он уже сделал глоток, но при моих словах поперхнулся и закашлялся:
- Что???
Я влезла на стул и похлопала Колиного дедушку по спине:
- Мерзавчик. Мой деда Миша так говорит, у него их много! Он их прячет по всей даче и всё время просит бабе Гале не говорить!
- Вот, и ты бабушке Марине ничего не говори, хорошо? Договорились? – он перестал кашлять, - За это я тебе подарю… Выбирай, что хочешь, то и подарю!
Он широким жестом показал на «стенку». Там, за стеклянными дверцами стояли всякие невиданные мной ранее фигурки, глаза разбегались от такого богатства. Я подошла ближе и стала рассматривать. Там была ужасно хорошенькая белая фарфоровая собачка в золотистом ошейнике, два зайчика, девочка-якутянка из моржовой кости, мамонт и много еще чего. Но пользоваться добротой деда мне не хотелось, я же не за подарки собиралась молчать. В самом углу среди всей этой красоты притулился неказистый деревянный грибок. Виктор Петрович сделал очередной глоток и спросил:
- Ну что, выбрала?
- Мне не надо, - начала было я, но он меня перебил:
- Нет, возьми! Так будет лучше, поверь. А то я за последние 20 минут не только секреты внука узнал, но и неведомого мне деды Миши!
Мне ужасно хотелось собачку, но я скромно указала на грибок:
- Вот это. Можно?
- Бери!
Деревянный грибок перекочевал ко мне.
- Может, перекусим? – Виктор Петрович опять подмигнул мне, - Идём?
- Зачем? – перепугалась я, - Зачем перекусывать гриб, он же деревянный! К тому же мухомор!
Он засмеялся:
- Бутерброд хочешь? А то пока бабушка придет и нас накормит, целая вечность пройдет!
Вечность ждать не хотелось, и я радостно согласилась на бутерброд.
К приходу Марины Николаевны мы были уже друзьями. Я рассказала, что терпеть не могу лук и молочные пенки, что на самом деле это я оторвала волосы кукле в детском саду, а Коля взял мою вину на себя, а еще что намочила водой Севкины колготки, чтобы все подумали, что он описался: «а пусть не обзывается!». Все мои тайны Виктор Петрович поклялся свято хранить, и мы закрепили договор крепким рукопожатием.
Вскоре приехали и мои родители, мама тут же включилась в процесс готовки, папа с Виктором Петровичем обсуждали предстоящую летнюю Олимпиаду в Монреале (через пару месяцев три борца-вольника из Якутии завоюют там золото и два серебра).
Я же играла своей новой игрушкой – деревянным грибком. Какое-то неловкое движение, грибок вдруг открылся и на меня посыпались разномастные иголки. На рёв прибежали все.
- Наталья! – мама говорила очень сурово, - Ты почему без спроса взяла игольницу?!
Натальей меня никогда не называли, поэтому я поняла, что мама очень сердита. Это показалось мне несправедливым. и я зарыдала пуще прежнего.
Папа тем временем аккуратно собрал иголки:
- Таля, ты нас с мамой очень расстроила! Разве можно брать чужие вещи без спроса?
- Это я ей подарил, - признался Виктор Петрович, - Честно!
- Не стоит защищать Наташу, - мама была непреклонна, - Понимаю, что вы это только что придумали, но…
- Мне правда подарили! – перебила я маму, - Я не хотела брать! Поэтому взяла грибок, хотя понравилась собачка! Дед Витя сказал, что так будет лучше! И бабушка не узнает про мерзавчика!
Поняв, что проговорилась, я прикусила язык и виновато посмотрела на Виктора Петровича. Но тот рассмеялся:
- Да, Наташка, хранитель секретов из тебя аховый!
В этот момент я решила, что сейчас он в отместку выдаст меня, поэтому зажмурила глаза и отчаянно выпалила:
- И волосы я оторвала! И колготки тоже!
Родители недоуменно переглянулись:
- С тобой всё в порядке?
Конечно, во всём разобрались, все друг друга простили и вскоре уселись за праздничный стол. А вечером, перед сном, ко мне зашла Марина Николаевна. В руках у нее была белая собачка.
- Вот, это тебе.
…Когда спустя 16 лет мы с Колей переехали жить к его бабушке, белая собачка приехала с нами и вернулась на свое законное место на стеклянной полке. Правда, еще через 5 лет, Яна эту полку уронила и все фигурки погибли, но это «уже совсем другая история» (с). Деревянным грибком для штопки я пользуюсь до сих пор😊