Дедушки не стало 15 лет назад. За это время я успела понять, как сильно его люблю и насколько хорошо понимаю, ведь мы с ним оказались похожи – вплоть до почти одинаковых жизненных историй, которые я иногда рассказываю тем, кто готов слушать.
60-ые годы XX века. г. Горький. Окраина.
Частный дом. На кухне за столом ужинает семья. Мама, папа и две маленькие девочки. Сидящий лицом к окну отец, время от времени недовольно хмурится. Затем бросает ложку на стол и встаёт.
- Коль, ты чего? Ешь, давай, - говорит круглолицая, пышущая здоровьем женщина.
Мужчина успокаивается, садится и продолжает есть.
Надолго его, впрочем, не хватает. В какой-то момент он снова с громким стуком бросает ложку на стол, вскакивает и как будто направляется в сторону двери, открывать которую передумывает после оклика жены:
- Коль, ну, ты чего? Что случилось? Суп остывает. Ешь.
Мясные наваристые щи – вещь важная. Мужчина со вздохом возвращается к столу, но уже через минуту бросает в воздух незамысловатое ругательство, со всей силы бьёт ложкой о стол и убегает на улицу.
Вернувшись минут через десять, молча садится за стол и как ни в чём не бывало продолжает есть остывший суп. Закончив с обедом, поясняет:
- Я ем и вижу в окно, как ребята с соседней улицы наших бьют. Их – больше. Наших – всего ничего. Ну, я вышел. Раскидал соседских. Теперь можно и пообедать спокойно.
2010-ые годы XXI века. г. Рига. Центр.
За неделю до того, как я сделала первый глоток крепко заваренного чая и поняла, что со стороны улицы кто-то пытается проникнуть в наш двор, я упала со второго этажа.
Переломов не было, но всё моё тело представляло собой сочетание царапин, ссадин, синяков и гематом, а по центру спины шла длинная глубокая рана, из-за которой я неделю пролежала на животе, перманентно горюя о том, что не могу ни работать, ни отдыхать. Больше же всего меня доставало то, что с момента падения мне никак не удавалось попасть в душ.
В тот знаменательный день, когда мне дали добро на чистку пёрышек, я осталась дома одна. Тщательно, но осторожно вымывшись, заварила себе огромный бокал чая, сделала первый глоток и… вместо наслаждения долгожданной тишиной, вдруг услышала подозрительный шум со стороны ворот.
Отставив в сторону кружку, немного подумала, и поняла, что никуда не пойду. Мало ли что там на улице происходит. Вот если я услышу шум во дворе – тогда решу, что делать. Пока же продолжу пить чай. Тем более, что шум стал как будто глуше… Переместился куда-то в сторону… Превратился в сильный грохот по металлу и звук разбитого стекла?!
В тот самый момент, когда я с сильным грохотом опустила на стол ещё наполовину полный бокал с горячим чаем, мне сразу же вспомнился дедушка с его знаменитой ложкой, душевное состояние которого резво преодолело временной рубеж в пятьдесят лет и тут же разметалось по мне ураганом эмоций.
В сознании щёлкнул выключатель. Я начала потихоньку впадать в ярость. Терять способность беспокоиться за свою безопасность. И, схватив мобильник, рванула на улицу, чтобы разобраться с теми, кто испортил мне такое долгожданное чаепитие!
Ходить мне тогда было и больно, и тяжело, но я плохо помню, чтобы чувствовала в тот момент что-то, кроме желания устранить проблему и вернуться к своему чаю.
Обходя территорию, я наткнулась около забора на соседку, любезно поведавшую мне, что какие-то странные люди пытались перелезть через забор и к ним, и к нам. У них ничего не получилось и сейчас они, по всей видимости, буйствовали у других соседей.
- А Ваш муж дома? – спросила годящаяся мне в матери соседка.
- Нет, - удивлённо ответила я. – А зачем он нам? Я сама сейчас со всем разберусь. Если не справлюсь – вызову полицию.
Услышав слово «полиция», соседка поспешно распрощалась со мной и рванула к себе. Возможно, мне это померещилось, но звук запираемых замков был слышен столь отчётливо, что я стала закипать ещё больше.
«Вот и верь после этого взрослым!», - думала я, ещё не считающая себя таковой, когда пугала влезших к другим соседям наркоманов в начале своим внешним видом, затем – словесным предупреждением вызвать полицию, а затем… Затем я поняла, что они – совершенно невменяемые, и просто позвонила на 110, напугав своим поступком всех родственников (почему-то считалось, что я на это не способна), которые потом ещё долго шутили, когда я пила чай: «Всё в порядке? Тебе никто не мешает?».
Материал оказался полезным? Ставьте лайк. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые статьи.