Голову словно набили ватой. Каждый звук отражался в ней с глухотой.
Хак уселся, ощущая лёгкую слабость во всем теле, словно после болезни. Тря лоб, на который будто набежала тень, он огляделся, вслушиваясь в привычный утренний шум лагеря. Значит, все уже проснулись, а он залежался. А… Принцесса?!
Громовой Зверь торопливо вылез из палатки и сразу нашел взглядом иную принцессу. Она, как уже заведено, сидела рядом со слепой девушкой, и выглядела бледнее обычного, но Хаку сразу словно стало легче дышать.
Встретившись глазами, они спросили у друг друга почти в унисон:
— Принцесса, Вы в порядке?
— А ты?
Иная принцесса даже поднялась ему навстречу, и взгляд её показался ему странным, каким-то испытывающим.
— Что со мной станется? — Хак небрежно пожал плечами, и хотел было спросить об этом случае с её почти-что-утоплением, но передумал. Как ни крути, это его вина. Не доглядел. Потому что думал о той, которой сейчас здесь нет… А ведь он обещал себе, что будет глядеть за иной принцессой в оба.
Громовой Зверь тяжело опустился на чурбак и взял свою порцию еды, и весь завтрак ощущал на себе ожидающий, нерешительный взгляд принцессы. Она что-то хотела ему сказать?
***
Полдня прошло быстро, без происшествий. Иная принцесса немного окрепла, и они прошли сегодня больше, почти не останавливаясь. Но всё равно на привал они встали, когда шар солнца был ещё довольно высоко над линией горизонта. И дело было не только в иной принцессе: припасы подходили к концу, и нужно было их восполнить. И, в первую очередь, раздобыть мяса с помощью охоты. Как заметил Юн, иной принцессе надо побольше есть красного мяса. А то вон, какая бледная! Да и остальным тоже не помешает.
Сегодня пришел черед Хака охотиться, о чем не преминул ему напомнить Джи-Ха. Громовой Зверь почувствовал сомнения, так как не хотел спускать глаз с кое-кого, крайне проблемного. Драконы, Юн да и Миюки, конечно, присмотрят, но всё равно ему было как-то неспокойно. Однако, когда принцесса внезапно попросилась с ним, Хак несколько опешил. Впрочем, как и остальные.
Юн, Киджа и Миюки тотчас же попытались её отговорить.
— Ты уже один раз ходила на охоту, — скептически заметил юный лекарь. — И что из этого вышло?!
— Вышла — Миюки, — пропел Джи-Ха, подсев и приобняв слепую девушку за плечи. Та, прошипев что-то, ущипнула его, да так, что незадачливый кавалер высоко подскочил, едва не запрыгнув на верхушку дерева.
— Тогда я же одна ходила, — возразила принцесса. — К тому же… Там, в своем мире, я каждый день стремилась учиться чему-то новому. Или узнавать что-то новое. Да у меня есть кое-какие знания об охоте, но практики ещё особо не было. Я хотела бы чему-нибудь научиться здесь, у вас. Пока есть такая возможность. Особенно, в стрельбе из лука.
При этих словах иной принцессы, Хака посетило странное чувство. Ностальгия?
Девушка с мольбой воззрилась на него, предавшегося невольным воспоминаниям:
— Хак, я постараюсь не доставлять тебе проблем, и буду осторожной.
Громовой Зверь тяжело вздохнул и, молча развернувшись, пошел в лес.
— Хак?
— Поторопитесь. Я долго ждать Вас не буду.
***
Дело было не только в желании обучиться чему-нибудь. Я хочу извиниться перед Хаком, и лучше — наедине. Хотя я хочу просить прощения не так, как обычно, при этом вызывая жалость к себе… Мне нужно попытаться правильно подобрать слова, чтобы он понял меня… и чтобы ему стало легче. Будет хорошо, если он накричит на меня, как Юн прошлой ночью. Мне это будет полезно.
Мы углубляемся в лес. Не отрываясь, смотрю на широкую спину Хака, и на языке всё вертятся те слова, с которых я хотела бы начать разговор, но продолжаю молчать. Сам он тоже молчит, стараясь ступать осторожно, и я подражаю ему, дабы не вспугнуть возможную добычу. Возможно, лучше после охоты попытаться вызвать его на разговор?
Хак внезапно останавливается, но я тоже успеваю притормозить. Он остро вглядывается в чащу, прислушиваясь к лесному шуму, что для меня представляет собой один сплошной фон. Хак смотрит на меня, мимикой показывая, что сейчас следует вести себя как можно более тихо. Кивком головы указывает направление и я, стискивая лук, иду за ним.
В этой части леса деревья стоят плотнее друг к другу, из-за чего здесь довольно сумрачно. Среди переплетений ветвей скачут птицы, звонко переговариваясь на своем языке. Я невольно задираю голову, дабы присмотреться к одной из них, что привлекала своим ярким оперением. Однако Хак мягко придерживает меня за плечо, возвращая внимание к более насущным вещам. Лицо моё тотчас же заливается краской. Похоже, мне никогда не стать толковым охотником…
Среди колоннады древесных стволов, сочащихся пахучей смолой, я вижу молодого, грациозного оленя, что мирно щиплет подножную растительность. И моё сердце замирает от восхищения и жалости. Нам придется убить его, дабы насытить себя. Я мысленно прошу у этого очаровательного животного прощения, и молюсь за него.
Хак склоняется к моему уху, обдавая горячим дыханием, от которого дрожь течет вдоль позвоночника, и слабость сгибает колени. Он хочет, чтобы я убила оленя при помощи лука. По крайней мере, попытаться это сделать. Ведь надо с чего-то начинать.
Я перевожу дыхание и делаю неуверенные, неловкие движения. Хак помогает принять правильную позу, и от его близости у меня слегка кружится голова. И это… неудивительно. Ведь я так по нему скучаю. Интересно, а она скучает?
Тут неуверенность моих движений внезапно исчезает, и мои руки действуют быстро и искусно, посылая в полет одну за другой четыре стрелы. Они безошибочно находят свою цель, и олень, издав жалобный вскрик, заваливается на бок.
Хак издает лёгкий свист:
— Не похоже, что Вы не умеете стрелять. Особенно, если вспомнить этот случай с Миюки. Или опять скажете, что Вам просто повезло?
Я не нахожу, что сказать, не поднимая глаз от напряжённых рук. Но я, действительно, не умею. Может, мне стоит рассказать ему об этом? Хотя я не хочу тревожить его ещё больше.
Ощущая на себе озадаченный взгляд Хака, который, однако, говорит следующее:
— В любом случае, отличный выстрел. Вы — молодец!
Он идёт к туши оленя, я же задерживаюсь, ибо мне кажется, что я слышу что-то.
Прошу тебя!
Волосы шевелятся на затылке, и я прижимаю обе ладони к вискам.
Не отнимай!
Ладони перемещаются на рот, закрывая его. Но тут происходит кое-что в реальности, а не внутри моего затемнённого сознания. Неподалеку от меня из чащобы выбегает огромный медведь, и несётся к Хаку, что стоит спиной и водружает на плечо оленя.
Защищу!
Я бегу прямо наперерез медведю, неловко поднимая лук. Животное замечает меня, и притормаживает, угрожающе рыча. И… мои ноги опять лишаются сил. Спотыкаясь, падаю на колени, но умудряюсь выпустить стрелу. Однако неудачно, и стрела, сделав в воздухе бессильную кривую, даже не задевает медведя, что, одним прыжком, преодолевает разделяющее нас расстояние.
— Принцесса!
На голову зверя, что не успевает мне ничего сделать, опускается тяжёлое лезвие, и раскраивает ему череп.
Несколько капель крови брызжут мне на лицо. Я моргаю, судорожно цепляясь за лук, когда Хак оказывается рядом, и придерживает меня за плечи.
— Вы в порядке?! Не ранены?!
Быстро киваю, всматриваясь в его, казалось, на глазах чернеющее лицо. Похоже, я опять перед ним провинилась. Но я не могу иначе, ведь именно для этого…
— Ясно, — тяжело выдыхает Хак, и волосы падают ему на глаза. Руки его, лежащие на моих плечах, сжали их чуть сильнее. — Так… какого… Что это вообще было?! Зачем… Скажите, зачем Вы побежали на медведя?!
— Наверное, это и правда, было неразумно, но я не могла поступить по другому. Я просто хотела… защитить тебя.
Это было нечто, что гораздо выше здравого смысла. Эта была суть и причина моего существования на земле.
Хак усмехается с тоскливой горечью:
— Я ценю это, но я в этом не нуждаюсь. Мне же гораздо важнее, чтобы Вы были в порядке. Но Вы по каким-то непонятным мне причинам упорствуете, и сами этого не хотите.
Почти тоже самое мне говорил Юн прошлой ночью.
— Вы то падаете в обморок, то руки и ноги у Вас отнимаются, то… тонете. И лезете и лезете на рожон! — тем временем продолжает Хак, и в его голосе звучат нотки отчаяния. И мне опять хочется, как заведённой, повторять слова «Прости», хотя это и бессмысленно. И поэтому лишь молчу, не в состоянии подобрать правильные слова.
— Да, я многое не знаю, но я знаю точно, что Вы продолжаете себя ненавидеть. Я уже говорил об этом, но, судя по всему, слова на Вас не действуют. Так что мне сделать, чтобы Вы были в безопасности? Что?
Тут Хак притягивает меня к себе, утыкаюсь лицом в плечо. И… его трясет.
— Вас бы… я обязательно связал.
***
Хак прижал к себе хрупкое тело, сгорая от малознакомого для него чувства беспомощности. Как ему её уберечь, если она сама для себя главный враг? Но несмотря на это, Громового Зверя опять посетило чувство, что всё повторяется. Ведь что-то нечто такое уже происходило между ним и его принцессой в Аве. Однако даже тогда он так не боялся…
Иная принцесса хранила молчание, застыв в его руках. И Хак уже хотел отстраниться, как ему это не дали. Слабые тонкие ручки с неожиданной силой обхватили его за пояс.
— Принцесса, что Вы…
— Хак, если она никогда не вернётся, ты ведь не возненавидишь меня? — прошептала она.
Какое-то время Хак молчит, смущенный неожиданной близостью.
— Конечно, нет, — хрипло выдыхает он. — Хотя я Вам и наговорил сейчас всякого, но я не могу Вас ненавидеть, да и не за что.
В ответ раздается тихий, счастливый смех.
— Я всегда знала, что ты такой. Но разве ты мог бы быть другим? Ведь я так сильно… люблю тебя.
#фанфикшн-роман #фанфик #сверхъестественное