Ааэродром Шинданд, 302-я отдельная вертолетная эскадрилья, 1987 г.
Однажды перед экипажем борта №16 было поставлено ответственное боевое задание – отвезти группу штабных военачальников-инспекторов до советской границы. Командир эскадрильи особо наставлял вертолетчиков: «Ни один волос не должен упасть с головы полковников! Все пулеметы и ракетные блоки зарядить по полной!» Он беспокоился, помня, что маршрут полета проходил через перевал, где недавно был сбит афганский Ми-8. Хотя потом перевал проутюжили бомбардировщики и прочесал спецназ, опасность еще сохранялась.
В сопровождении двух штурмовых вертолетов Ми-24 пара «восьмерок» с высокопоставленными пассажирами на борту взял курс на север по маршруту Шинданд-Кушка. Летели на предельно малой высоте над дорогой обгоняя БТРы, танки, машины. Сидящие на бронемашинах солдаты слышали оглушительный рев и видели уносящиеся вперед винтокрылые машины. Знакомые пехотинцы потом рассказывали, что от внезапного грохота пролетающего над головой вертолета они едва удерживались на броне. Что такое внезапный шум в ушах, вскоре вертолетчикам пришлось испытать и самим…
Через полчаса миновали Герат с прилегающими к нему кишлаками, и вертолеты уже неслись по самому опасному участку маршрута - ущелью перевала Рабати-Мирза. А тяжелые бронированные штурмовики сопровождения, у которых как обычно не хватало топлива для дальних перелетов, пожелали счастливого пути, и пошли назад, на гератский аэродром.
На борту было несколько полковников, и обычно тихий интеллигентный командир экипажа в звании капитана решил продемонстрировать военачальникам, что он соблюдает субординацию и службу понимает правильно. Он обратился к борттехнику-стрелку:
– Пойди, открой кормовой люк и посиди там за пулеметом, чтобы товарищи полковники видели, что у нас и хвост надежно прикрыт.
Борттехник, не понимая, зачем прикрывать хвост, если его прикрывает ведомый вертолет, вышел из кабины пилотов и отправился в хвостовой отсек. Прошел мимо полковников, сидящих на боковых скамейках, открыл люк, выставил в него пулемет, подсоединил свой шлемофон к бортовой сети, включил тумблер и доложил командиру, что позицию на корме занял.
Встревоженные полковники внимательно следили за его действиями.
– Как там наши пассажиры? – вскоре раздался в наушниках голос командира экипажа.
– Наблюдают за мной, – ответил стрелок.
– Если спросят, что ты там делаешь, объясни, командир приказал прикрыть хвост, поскольку перевал опасный. Сам знаешь, недавно тут душманы «восьмерку» сбили.
Борттехник-стрелок сидел на перевернутом цинке из-под патронов и, сгорбившись, смотрел на летящий в люке пейзаж. Сидеть на ящике, глядя на однообразие серого кусочка несущейся под тобой земли было скучно. Из кормового пулемета он давно не стрелял и решил проверить его исправность. Он нагнулся, сделал вид, что целится, и нажал на гашетки…
Звук пулемета в летящем вертолете, когда свистят винты, ревут двигатели, а ствол за бортом, почти не слышен. Но сейчас в наушники шлемофона ударил разрывающий ушные перепонки грохот. Оглушенный стрелок понял, что перед стрельбой забыл отключить переговорное устройство, и многократно усиленная пулеметная очередь через его ларингофон попала в бортовую сеть. Он нажал на тумблер выключения сети, но, поняв, что уже поздно, снова включил. Наступила тишина, но в ушах стоял звон как после контузии.
–Ты что?! – услышал он крик в наушниках командира экипажа. – Что молчишь? Ты мне и штурману перепонки раскроил, я чуть управление не потерял. Так и упасть недолго! Закрывай люк, быстро вернись на место. Полковникам ничего не говори!
Расстроенный борттехник втянул пулемет, закрыл люк и пошел в кабину пилотов.
– Что случилось? – спросил один из полковников, глядя то в блистер за борт, то на борттехника. – Почему стреляли?
Стрелок, ничего не ответив, захлопнул за собой дверь. Остаток полета командир «воспитывал» его, щедро применяя крепкие выражения. Когда прилетели на границу и полковники, поблагодарив экипаж за благополучный полет, ушли, командир экипажа еще полчаса распекал своего незадачливого борттехника. Решив, что тот все понял, и больше никогда не будет стрелять с включенным переговорным устройством, сказал:
– Ты уж извини, что я матом. Но я с испугу решил, что в нас ракета попала. Ну, а в последние мгновения жизни, сам понимаешь, не до вежливости. Когда понял, что это ты, а не ракета, уже не смог остановиться.
После возвращения на аэродром борттехник, сославшись на необходимость ремонта, снял злополучный кормовой пулемет с вертолета, отнес в технико-эксплуатационную часть и больше его на борт не устанавливал...
------------------------------------
Предыдущие статьи: