В Риме, который Древний, и Третьем, который - Россия, к актерам/лицедеям отношение было сходным. Свободный римлянин считал несовместимым с честью гражданина выступать в спектаклях, а наши предки лиц актерской профессии даже лишали права на достойные похороны [их запрещалось хоронить среди православных – внутри церковной ограды]. Вот ведь правильные были времена!
К сожалению, во второй половине ХХ века человечество превратилось в «общество спектакля», и из изгоев актеры/лицедеи превратились в кумиров, «селебрити» и «лидеров мнений». Никого не удивляет, что лица актерской профессии руководят государствами, заседают в парламентах и поучают из телевизора народы стран, как тем жить.
В нашей стране эта напасть – превращение артистов и певцов ртом в иконы социума - началась, насколько можно судить, с Владимира Семеновича Высоцкого. До него звезды отечественного шоу-биза [которого де-юре как бы не было, но который, конечно же, был всегда] занимали свою традиционную общественную нишу - поставляли народу зрелища.
Явление по имени «наш всенародный Володя» сменило эту старинную парадигму. Актеру и певцу стало возможным иметь свою политическую позицию, а обществу почему-то – интересоваться этим. В рамках одной короткой статьи невозможно охватить все стороны темы «Высоцкий и общество СССР», поэтому коснемся только одного аспекта: Высоцкий и его отношение к власти и лично Сталину.
В отечественной литературе, как обычно, представлены два крайних мнения – как говорится, «мое и неправильное». Согласно позиции, отстаиваемой ностальгирующими фанатами СССР, Владимир Семенович с младых ногтей был правоверным сталинистом. В обоснование приводится его детские стихотворения, вошедшие, тем не менее, в собрание сочинений Высоцкого. Вот они, эти немудреные строки, что так милы советским идеалистам:
Еще, конечно, вспоминают песни «военного цикла» и, немного стеснительно – песни про ГУЛАГ. Дескать, осуждал Высоцкий вождя за репрессии, но ведь и зело уважал!
Другая сторона – та, что «топит» за антитоталитаризм, антисоветизм и антисталинизм Высоцкого, имеет свой нехитрый набор аргументов. Те же «зэковские» и блатные песни [адепты Владимира Семеновича даже не в курсе, что песню «Товарищ Сталин, Вы – большой ученый» написал не их кумир, а Юз Алешковский], ряд замечаний Марины Влади в ее книге «Прерванный полет» о ненависти Высоцкого к Сталину, в частности, рассказ об их путешествии в Грузию. Упоминается со ссылкой на польского актера Даниэля Ольбрыхского эпизод с поездкой международной компании «творческой интеллигенции» по Подмосковью, в ходе которой Владимир Семенович якобы потребовал от Ольбрыхского не смягчать в переводе рассказ Высоцкого о смерти Сталина. «Я сказал – он здесь с̀̈́̚д͐́̽ӧ́͆͘х̓̾͘ а не умер! Ты так и переводи – с̀̈́̚д͐́̽ӧ́͆͘х̓̾͘!», - якобы заявил он польскому коллеге.
Что тут скажешь? Вполне возможно, Высоцкий действительно мог себе позволить иметь, и имел какую-то политическую позицию и свое отношение к власти и Сталину. Каким оно было, если было?
Это как раз не сложно понять. Достаточно вспомнить, что, несмотря на всесоюзную славу, Высоцкий был плоть от плоти весьма узкого социального слоя – столичной богемной элиты. Его круг – это творческая интеллигенция, звезды «шоу-биза», элита спорта, московские «светские львицы», всесильная Галина Брежнева, генералитет «Арбатского округа» и МВД/КГБ. До работяг и инженеров Страны Советов ему было как до Луны пешком, и помнил он о них ровно постольку, поскольку социально-близкими невозможно набивать залы от Южно-Сахалинска до Бреста по 112 рублей за концерт.
Высоцкий не мог не понимать – то, что хорошо «идет» внутри Садового Кольца Москвы, не продать простому народу за его пределами. Поэтому, будучи еще и превосходным актером, наш герой менял свои личины для разных аудиторий. Маска борца с системой, и «фига партии в кармане» – для «эмэнэсов» академического института, личина патриота и «своего парня» – для концерта перед шахтерами или милиционерами.
А вот была ли у нашего героя какая-то своя личная позиция, или интересовали его исключительно гонорары, концертные сборы, «вещества» и иномарки – мы уже никогда не узнаем доподлинно. У автора этих строк есть уверенность в том, что, если и было у Владимира Семеновича какое-то личное отношение к советской власти, государству и Сталину, то оно не сильно отличалось от отношения к последним наставника Высоцкого по Школе-студии МХАТ А.Д. Синявского [Абрама Терца] – писателя, антисоветчика, эмигранта и негодяя, посмертно нахамившего Пушкину.
И, кстати, несмотря на пренебрежительные упоминания о лицах актерской профессии в этой статье, ее автор ни на секунду не забывает, что, например, звание самого успешного президента США в ХХ веке у великого ФДР оспаривает никто иной, как Рональд Рейган. Актер актеру рознь.