Тем, кого я любила.
I
Где вы, мои крылья?
Нежные, белые, бумажные...
Крылья засыпаны пылью,
Да это теперь и не важно мне.
Я ведь и не летала,
Только летать училась,
Вот и упала.
Хорошо, что не разбилась...
II
Не получилось сберечь крылья,
Снова крылья мои в пыли,
И облака от меня уплыли,
Скрылись где-то в синей дали.
Да, на сердце останутся шрамы,
Как ты говоришь, я буду крепче.
Но, когда по ночам стонут раны,
От этого разве становится легче?
III
Крылья, что от вас осталось?
Лишь бумажные обрывки.
Может, все мне показалось?
Может это снов отрывки?
Сны...
Теперь бывает, ночью
Просыпаюсь я от боли
Страшной, жгучей, и уж точно
Неизведанной доколе.
Леденит мне дрожь ладошки,
По стене мелькают тени,
Барабанит мне в окошко
Ветка ласковой сирени.
И окутывает разом
Дикой, жгучею тоскою-
Никогда не быть мне рядом,
Мой единственный, с тобою...
IV
То не лебеди были,
а черные вороны.
И отрезаны крылья,
и отложены в сторону.
Да кому горечь надобна?
Моя горечь полынная
Мне лекарство и снадобье,
лечит раны старинные.
Я ухожу. Навсегда.
И слова, как ступени лестницы.
Я не жду. Никогда
мне не быть уже доброй вестницей.
Ну зачем пустота
вместе с болью во мне перемешана?
Почему вдруг мечта
серой тряпкой на гвоздь повешена?
V
Ты говоришь, что это не любовь.
Ты на лету мне обрубаешь крылья,
Я замечаю снова грязь, и вновь
Мне ветер бьет в лицо колючей пылью.
И-раною открытою-душа,
И слезы от обиды и бессилья.
...А на тебя смотрю я, не дыша,
И чувствую, как вырастают крылья.
От мыслей и кипит, и стынет кровь,
Лишь взгляд твой превращает зиму в лето.
Ты говоришь, что это-не любовь.
Тогда скажи мне, как назвать мне это?
VI
Крылья...Теперь я храню их в старинном шкафу.
В белой, крахмальной, и пахнущей детством салфетке.
Может быть, просто я жду молодую траву,
Может, зеленых и слабеньких почек на ветках.
Крылья...Не нужен мне даже и неба простор,
Только лишь сердца порыв, безответного сердца.
И, не сумев услыхать ничего до сих пор,
Я запираю со скрипом старинную дверцу.
VII
Пречитала старое письмо,
И будто бы с тобой поговорила.
Почти два года...Как это давно!
Но как прекрасно, что все это было.
В душе, конечно, боль еще живет,
Что не смогли сберечь мы эти чувства.
Но ты открыл мне, что на свете есть
Большой любви печальное искусство.
Свои лечила долго раны я,
И крыльев больше нет-одни лишь шрамы.
Но, помня, как летала, не таясь,
Я жду другого, кто откроет раму.
VIII
Просто крылья не отрастут...
Я не плачу над крыльев обломками,
Но не будет новых ростков,
Потому разговор я комкаю,
Когда ты говоришь про любовь.
Когда ты говоришь про любовь-
Как ножом по забытым шрамам,
Что сквозь сердце и вдоль спины,
Что кричат мне о старых драмах,
Только нет здесь твоей вины.
Только нет здесь твоей вины,
Потому я глаза и прячу,
И горячие капли текут.
Я не плачу, поверь, не плачу-
Просто крылья не отрастут.
