Афганистан, Зарандж, 1987.
Каждый, кто находился на территории боевых действий, жил надеждой на возвращение домой и обязательно с подарками. Подарки покупали в местных магазинах. Для этого нужны были деньги - «афошки», и добывались они мелкой торговлей с мирным населением. К тому же торговля способствовала укреплению дружбы народов.
Два транспортно-боевых вертолета МИ-8 рано утром должны лететь из Шинданда в городок Зарандж на афгано-иранской границе с грузом для советских офицеров, служивших военными советниками в афганской части. Бортовой техник по фамилии Торгашов получил от своего товарища Купцова две сумки с шоколадным печеньем для сдачи в дукане.
А у лейтенанта Миркулова на счет торговли появились сомнения. Он недавно прочитал в одной книге следующее изречение: «Торговля налагает проклятие на все, к чему прикасается, хоть бы вы торговали посланиями с небес: над вами тяготеет то же проклятие». Вскоре и случай, доказавший справедливость этой истины, не заставил себя долго ждать.
Пара вертолетов полетела на предельно малой высоте в юго-западном направлении. Облетев по северу пустыню Джаханнам – «обиталище джиннов», добрались до городка Зарандж. Встретили вертолетчиков два военных советника в форме офицеров афганской армии и несколько солдат. Вскоре груз - две бочки керосина, мешки и коробки с продуктами, всякой бытовой мелочью был выгружен. Угостив душистым чаем «Липтон» c лепешками и поговорив о службе, советники повезли гостей в местный «торговый центр», состоящий из нескольких глиняных дуканов. Автоматы велели с собой не брать, здесь, мол, все в порядке.
Борттехнику Миркулову нечего было продавать и покупать, но ему было интересно посмотреть на местный колорит. Обстановка вокруг напоминала что-то прочитанное в сказках «Тысяча и одна ночь». Казалось, что здесь время остановилось где-то в раннем средневековье - никаких признаков современной цивилизации! Мирные афганцы ходили пешком, передвигались на транспорте типа «ишак-арба», или просто на ослике, свесив босые ноги почти до земли. Иногда проезжал экзотический велосипедист в белой чалме и развевающейся на ветру одеянии. Утренний воздух был чист и прозрачен, во всем чувствовалось умиротворенность. Советники пожелали вертолетчикам удачной торговли и уехали, обещав забрать ближе к обеду.
Миркулов помог Торгашову перетащить парашютные сумки в один из ближайших магазинов. Два мальчика сразу же приступили было к разгрузке, но бородатый хозяин жестом остановил их: надо было сначала договориться о цене, произвести «контрол» товара. Он взял одну пачку, посмотрел на этикетку, развернул обертку. Да, по виду это было коричневатого цвета шоколадное печенье – любимое лакомство местной детворы. Хороший товар привезли шурави сегодня! Бородач надкусил печенье. Но, кажется, он плохо определил вкус, поскольку до этого курил что-то веселящее, и дегустацию следовало поручить помощнику… Но хозяин велел мальчикам принять товар и рассчитаться по 23 афгани за пачку, сам удалился за ширму докуривать.
Один из мальчиков на языке фарси начал пересчитывать пачки. Торгашов, дублируя счет по-русски, внимательно следил за процессом. Миркулов улавливал сходства индоевропейских языков: «ду» - два, «чор» - четыре, «панч» - пять, «шиш»- шесть. Выгрузив первую сумку, Торгашов начал развязывать вторую, а мальчик-дуканщик, чтобы не сбиться, продолжил повторять счет на прерванной цифре: «панч, панч, панч...»
Пока сдавался товар, можно было изучить содержимое прилавков и полок. То, что там лежало, было резко контрастным глинобитному магазину и внешнему виду хозяев. Полки были забиты электроникой известных мировых марок, джинсами, варенками, кроссовками, парфюмерией и разного рода ширпотребом.
Вышли на улицу, подошли остальные. У командиров экипажей и штурманов были индийские термосы, они хотели сдать их не менее чем за 1200 афошек за штуку. Но дуканщики все упирались, объясняя, что по такой закупочной цене никакой «файды» им нет. Обошли уже все магазины и решили сбегать в самый дальний на соседней улице. Торгашов тоже ушел с ними. Лейтенант Миркулов остался один присматривать за сумками.
На улице почти никого из аборигенов не было, только иногда, не глядя на чужестранца, мимо проезжали бородатые наездники, изредка покрикивал привязанный к дереву голодный ослик.
Через некоторое время вокруг вертолетчика появились черномазые мальчуганы. «Явно хотят что-нибудь выпросить или, наоборот, предложить коробочку с зельем» - подумал лейтенант Миркулов и открыл сумку в поисках завалявшейся пачки печенья или конфет. Но мальчики, их уже было шесть или семь, ничего не просили и не предлагали, а молча продолжали смыкать кольцо окружения. Стало немного тревожно: что может быть на уме у этих сорванцов? И карманы у них почему-то оттопырены, явно набиты чем-то, может быть, камнями? Лейтенант решил спугнуть этих голодранцев, расстегивая карман летного комбинезона с пистолетом.
Вдруг, как по команде, мальчишки начали доставать из карманов и швырять в него те самые печенья, сданные дуканщику. Атакованный со всех сторон, Миркулов пригнулся, прикрыв лицо. Истратив весь свой боевой запас, мальчишки, громко смеясь, разбежались в разные стороны. Ошарашенный, лейтенант стоял и не знал, что делать. Вокруг него на земле валялись печенья. Что им в них не понравилось? Сразу почему-то подумалось: «Ничего себе, голодные афганские дети!» Он поднял одно из них, решил все же попробовать на вкус. Во рту почувствовалось что-то пресное, шершавое и совершенно безвкусное. Так это же галеты из сухпайка! Они были испечены из черной овсяной муки грубого помола с добавлением отрубей для лучшей работы ЖКТ! Конечно же, детишки, купившие «вкусные шоколадные печенья», не стали терпеть столь жестокого обмана!
Должно быть Купцов, который вручил эти галеты Торгашову, достал их через прапорщицкую братию со склада солдатских сухпайков и решил на них подзаработать.
Миркулов держа в руке надкушенную галету стоял посреди множества разбросанных. Он задумчиво дожевывал твердый сухпай, и вид у него при этом был растерянный. Подошли остальные, спросили, в чем дело? Узнав, все дружно расхохотались. Почуяв запах раскиданных овсяных галет, стоявший неподалеку ослик облизнулся.
«Стоило всего лишь поучаствовать в торговле, тут же посыпались проклятия - прав был мудрец, абсолютно прав! - подумал борттехник Миркулов, вспомнив прочитанное изречение философа в той умной книге. - Но эти проклятия, по справедливости, должны были посыпаться на голову Торгашова!»
Подъехала машина.
– Ну, как торговля, все сдали? – спросил, открывая дверь, военный советник. – Борттехники сдали, а мы свои термосы так и не смогли, - ответили штурманы и командиры.
Сели в машину, водитель включил передачу и уже нажимал на газ, как вдруг к машине подскочили несколько «духов». Морщинистые и бородатые лица облепили стекла кабины и начали стучать. «Уже родители тех мальчишек прибежали!»- съежившись, подумал сидящий на заднем сиденье Миркулов.
- Спроси вежливо, что они хотят, - приказал советник водителю-переводчику. Не успел тот опустить стекло двери и наполовину, в проем ворвались сразу несколько кулаков с зажатыми в них афошками. «Шурави, термос, шурави, термос – кричали дуканщики, толкая друг друга, -1200, 1200, - давай термос, термос давай! Все шесть термосов мгновенно были распроданы, не выходя из машины!
По возвращении борттехник Торгашов сказал Купцову, что его галеты сразу же распознали, и приняли только по бросовой цене - три афошки за пачку в качестве фуража для осла. В результате Торгашов получил сверхприбыль - по двадцать афошек с каждой пачки.
---------------------------
Новая статья: