Устав за день, Катя отключилась, едва коснувшись головой цветастого сатина подушки, и тут же оказалась перед старым, полуразвалившимся зданием.
Толкнув тяжелую дверь, она осторожно зашла внутрь.
Темные длинные коридоры с множеством дверей и холодный синий свет, пробивающийся непонятно откуда, вызывали необъяснимый страх.
Столы, кушетки и стулья в кабинетах были покрыты толстым слоем пыли. И ни одной живой души…
Все это пугало…
Толкнув последнюю дверь на первом этаже, Катерина увидела спинку родильного кресла. С подлокотника свисала изящная женская кисть, а с кончиков пальцев, образовав на кафельном полу глянцевую лужицу,
капала густая кровь.
Медленно приблизившись к спинке кресла, Катя разглядела на пальце незнакомки кольцо.
Чудное и изящное колечко… Точно такое же в день помолвки ей подарил Алексей.
Несколько минут Катя сравнивала украшения, намеренно оттягивая тот момент, когда ей придется взглянуть в лицо незнакомки.
Кольца были абсолютно одинаковы, и Катя уже догадывалась, кого увидит в родильном кресле, и поэтому, обнаружив там саму себя ни капли не удивилась.
Раздвинутые и приподнятые ноги тонкими щиколотками лежали на холодных и железных подставках.
Серая, больничная рубашка, взбилась до груди, а из раскромсанного лона сочилась темная кровь, и вязко стекала в белый лоток.
«Зачем я смотрю на это? Зачем?» - заметив шевеление в лотке, Катя нагнулась и вскрикнула.
Младенец… Крохотный и синюшный он перебирал маленькими ручками и пытался закричать.
Немного побарахтавшись, малыш затих. Затих навсегда.
Присев на корточки, Катя расплакалась, потом резко вскочила и с каким-то нездоровым интересом принялась разглядывать мертвое лицо роженицы.
Бескровные губы были тонкими и чуть приоткрылись, обнажив в жуткой улыбке белую подковку зубов.
В черных открытых глазах плясали языки пламени, будто покойница смотрела на бушующий огонь.
- Это языки адского пламени, - все ближе и ближе приближая свое лицо к лицу двойника, прошептала Катя.
Доля секунды и она смотрела уже не на покойницу, а в серый больничный потолок…
Между ног все саднило и горело, спину разламывало от боли, щиколотки холодило…
Поднеся руку к лицу, Катерина долго разглядывала кольцо и пальцы, испачканные липкой кровью.
Слезая с кресла, и встав на ледяной кафель, она болезненно поморщилась. Мраморный в синих прожилках послед смачно плюхнулся на пол и распластался там огромной медузой.
Прижав к груди маленькое бездыханное тело младенца, Катерина в каком-то забытье брела по темному коридору, а позади, оставляя мокрую розовую полоску, волочился послед.
Настойчивая трель телефонного звонка привела ее в чувство. Серые больничные стены внезапно исчезли, и
Катя оказалась на новом кладбище перед могилой Сережи.
На железном столике разрывался ее сотовый.
- Да не может быть… - взяв телефон в руки, прошептала Катерина.
Звонила Клавдия…
- Здравствуй красавица! – проскрипел ненавистный голос санитарки. – Думаешь, избавилась от меня? Наслаждаешься семейным счастьем? Недолго осталось...
- Ты откуда взялась?
- А я никуда и не девалась. Посмотри- ка налево.
Переведя взгляд, Катя почувствовала, как леденеет сердце…
Две свежие могилы утопали в цветах, а на большой фотке была изображена она со светловолосым мальчишкой на руках.
- Здесь покоится Ушакова Екатерина и ее сын Дмитрий Алексеевич Ушаков…, - прочла Катерина, и в голове у нее зазвенело, и как не напрягала она глаза, дату смерти прочесть не смогла.
Дату закрывал туман, поднимавшийся от земли, и вот он полностью укрыл холмики непроглядным молочным одеялом.
Вдруг из тумана показалась покойная барыня, Василиса Ушакова.
- Где твой телефон? – сердито спросила она.
- Телефон? – не поняла Катя. – Телефон! – проснувшись, прокричала она на весь дом.
- Что телефон? – подскочил на кровати Алексей.
- Что такое? – ворвалась в спальню взъерошенная Надежда.
- Где мой сотовый?
- Где? – хором спросили ничего не понимающие друзья.
- Я не знаю, - беспомощно прошептала Катя, шаря рукой по прикроватной тумбочке.
- Его там нет. Может в сумочке посмотреть? – растирая заспанные глаза, предложила подруга.
Несчастную сумку вывернули наизнанку, вытряхнув все ее внутренности на стол, но телефона там не оказалось.
- Наберите мне, - упавшим голосом попросила Катя.
Алексей набрал номер и друзья, вытянув шеи стали внимательно прислушиваться, но в доме стояла тишина.
- Ты не берешь трубку…
- Не беру, - согласно кивнула та, закусив нижнюю губу.
- И где ты его оставила? Где ты сегодня была?
- Я с Зинаидой Павловной ходила на могилку к Сереже, - и тут Катя вспомнила свой сон. – Ой!
- Что, ой? – всплеснула руками Надя. – Ты что, телефон на кладбище забыла?
- Скорее всего, да…
- Зачем ты его там доставала?
- Не помню…
- Так, девушки! - скомандовал Алексей. – Всем оставаться на местах, а я на кладбище за телефоном!
- Ночь на дворе… – вяло возразила Катя.
- Ночь, полночь! Какая разница! Завтра будет уже поздно!
- Что это он так всполошился? – удивленно протянула Надежда, смотря на закрывшуюся за Алексеем дверь.
Пожав плечами, подруга лишь удрученно вздохнула и, вспоминая свой страшный сон, уткнулась лицом в сцепленные ладони.
Примерно через полчаса Алексей вернулся обратно и со словами:
- Катюша, прошу тебя больше не оставлять свои личные вещи на различных кладбищах, – вручил невесте телефон.
- Леша, я даже не могу вспомнить, как это случилось, - пробормотала та. – Я ведь даже не вынимала его из сумочки…
- Верю, верю… Фух! Думал, не успею.
- Да кому он там нужен ночью? – фыркнула Надежда. – Можно было и с утра съездить.
- С утра его там уже не было бы, – резко ответил Алексей. – Всем разойтись по спальным местам!
- Все, поняла, поняла, – резво вскочив, Надя направилась в свою комнату. – Страсти, мордасти какие-то…
- Давай спать, - выключив торшер, Алексей крепко обнял невесту и не выпускал ее из объятий всю оставшуюся ночь.
Катерина чувствовала, как время от времени по телу любимого пробегает дрожь и, глядя на белеющий в темноте потолок думала, что же его могло так напугать.
Продолжение следует
Полная версия на ридеро и литрес
Начало здесь