Когда я была маленькой, мне подарили польскую книжку.
Прекрасная книжка, картинки такие яркие и красивые! Жаль, что на польском языке, латиницей. Книжка была про милого медвежонка. И на картинках был милый плюшевый медвежонок с голубым бантом на шее. Просто прелестный медвежонок.
Только звали его Paskudka. Паскудка.
Вот такой диссонанс.
И вся прелесть немного померкла. Неприятно стало читать книжку.
Люди тоже такие бывают. Милые. С голубым бантом. О нравственности толкуют и о морали. О доброте. О том, что надо всем помогать, всех понимать, заботиться о благе человечества.
Но при этом они совершенно спокойно выбросят кота на улицу. Стащат что-нибудь. Оставят вас на произвол судьбы в трудный час. И продадут даже не за тридцать сребреников, - за млеко и шнапс. Или за фантик от конфетки. Оговорят вас, оклевещут, очернят за спиной.
А когда вы их уличите, поймаете за руку, призовете к ответу, они посмотрят невинными глазами. И вас же обвинят в узости мышления. В агрессии. В мстительности. В неумении понимать и прощать. В жадности. И с укоризной будут качать головой, - ай-ай-ай, какой вы злой и гадкий.
Поправят голубой бант и зашагают прочь на коротких плюшевых ногах. И всем расскажут, какой вы нехороший. Безнравственный.
И вся прелесть померкнет. Это медвежонок Паскудка. Их немало в жизни.
Хотя на вид они милые. Милые лицемеры и очень опасные, потому что сначала такие плюшевые... Paskudki, одним словом. И это не ругательство. Это имя.
Сейчас их много появилось.
Анна Кирьянова