Посетитель молча и сосредоточенно заполнял заявление. В программе с его старым полисом возникли трудности, пришлось делать запрос в фонд социального страхования, а там тоже через двадцать пять минут закончится рабочий день. Почему-то Лариса не смогла сказать об этом вслух, ждала ответа из фонда, молчаливо надеясь. Она вдруг поняла, что Николай Николаевич Пастухов не лжёт: командировка очень важна для него. Настолько важна, что всегда острая на язык Лариса не смела разочаровать его. Но и изображать мать Терезу ей не хотелось, - это совсем не её стиль.
- Так что молчим, Николай Николаевич? - язвительно напомнила о себе Лариса. - Мне всегда было интересно, как можно потерять документ?
- Простите, ...Лариса Владимировна, - Николай Николаевич прочитал информацию на бейдже, прикрепленном к непышному бюсту Ларисы. Ну как «бюсту»? Скорее, его отсутствию. - Я ввёл вас в заблуждение.
- В смысле? - голос Ларисы не предвещал ничего хорошего. Она отвела взгляд от монитора и холодно сверлила им посетителя.
- Год назад при пожаре сгорели все мои документы. И вот я всё восстановил, а о полисе совсем забыл.
- Ужасно, простите мой возмущённый тон, - пробормотала Лариса. - Просто вы сказали, что обманули, а я очень не люблю, когда обманывают, не выношу любой лжи, даже маленькой.
«Да что там не люблю? Для меня сразу клеймо «лжец» на таком человеке. Потому я и не люблю людей в целом и почти каждого человека в частности», - эту фразу Лариса не смогла произнести вслух.
- Я тоже не выношу лжи, - кивнул посетитель. - Потому вы не должны просить прощения.
Пришёл ответ из фонда, и Лариса, вздохнув с облегчением, продолжила работу, насмешливо отметив про себя тот факт, что она по какой-то причине переживает за Николая Николаевича, как за родного.
Кстати, ему нет сорока лет, всего тридцать восемь. Но выглядит он чуть старше, будто измучен заботами. Хотя, почему «будто»? Один пожар чего стоит! Лариса знала о таком не понаслышке, в детстве она пережила пожар, во время которого погиб её любимый пёс Тишка, чистокровный дворянин.
- Надеюсь, - Ларисе пришлось прочистить горло. - Надеюсь, из живых существ на пожаре никто не пострадал?
- К счастью, никто. Но полностью сгорел деревообрабатывающий цех, созданию и развитию которого я посвятил полтора года. Я продал квартиру, в которой жил, это была квартира родителей. Вложил все деньги в развитие собственного дела. Деревообработка - это моя первая специальность, ещё до армии получил. Я краснодеревщик. Потом, после службы в армии, получил профессию инженера. Простите, что я всё это вам рассказываю.
Николай Николаевич будто спохватился, замолчал.
- То есть, вы и жили в своей мастерской, если квартиру продали? - Лариса очень старалась не обнаружить острого сочувствия, говорила сухо и холодно.
- Совершенно верно, Лариса Владимировна, - улыбнулся посетитель. - Потому документы и сгорели. Сейф установить не сподобился, вот и пожинаю плоды.
- А сейчас где зарегистрированы? Вот же, временная прописка есть.
- У друга, - лаконично ответил посетитель.
- Ну раз о полисе вспомнили только сейчас, спустя год, да и то в связи с командировкой, значит, вы здоровый человек. Радуйтесь.
- Я радуюсь. Тем более, сейчас появилась возможность заработать очень хорошо. Если повезёт, то месяцев через восемь у меня опять будет собственное жильё, я же ещё страховку получил. Я больше,чем на полгода уезжаю, вернусь только в апреле. Главным инженером на буровую устроился.
- А как вы собираетесь постоянный полис получить? Ведь он будет готов только недели через две. А у временного срок действия всего месяц.
- Это уже неважно, - махнул рукой Николай Николаевич. - Главное, чтобы он сейчас у меня был, при регистрации там, на Севере. А постоянный получу потом. Должен же я буду прийти и вас поблагодарить. Сегодня уже не получится, не успеваю.
- А вот этого не надо! - резко сказала Лариса. - Я выполняю свою работу, за которую получаю заработную плату. Мне не нужна дополнительная благодарность. Всё, вот ваш временный полис. За постоянным придёте сюда же, когда вернётесь.
Взяв небольшой белый конверт, Николай Николаевич встал.
- Спасибо вам, Лариса Владимировна! Вы даже не представляете, что вы сделали для меня, как помогли! Вы очень добрый человек, настоящий!
- До свидания, - поджав губы, Лариса отвернулась к окну. И добавила, когда посетитель вышел за двери. - Добрая! Много ты понимаешь!