Всякого рода ошибки и косяки со стороны мужиков вызывали презрительные насмешки или индифферентность, в то время как девчачьи чудачества вызывали умиление и трогательное участие. (иногда) Продвижение прав женщин активно приветствовалось в советском обществе и отношение к женщине отличалось, не скажу кардинально, но существенно. Женщин и девушек превозносили, оберегали, поучали в нужных местах, или им воздавали должное.
Наташа, спортсменка-планерист, лет 20-ти, допущенная к самостоятельным полетам на парение и по маршруту, в некотором смятении, мысленно уговаривала стрелки вариометров подняться вверх. Стрелки болтались около нолика, при этом запаса высоты для продолжения полета почти не было. Солнце уже давно снижалось, и термические потоки заканчивали свое действие. Кучевая облачность распадалась. Пройдя первый поворотный пункт 100 километрового маршрута - городок Элея и не долетев до второго поворотного – Бауска около 10-ти километров, Наташа кружила в поисках восходящего потока или места для посадки. Планерный маршрут начинался над аэродромом Елгава, на высоте 1000 метров, проходил через два поворотных пункта и должен был закончиться там же. Получить второй разряд по планерному спорту очень хотелось, но пока не получалось.
Справа проплывали геометрически совершенные сектора регулярного парка Рундальского дворца, цветники, клумбы и дорожки. Эта картина, могла бы увлечь своей живописностью, если бы не столь малые цифры на высотомере.
- 130-й посадка на площадку, 3 километра северо-западнее Рундалы. – Наташе пришлось признать очевидное и смириться с действительностью.
- 130-й, принято…
Наташа присмотрела хорошего размера, ровную, желтенькую полянку и начала строить заход Нужно еще учесть запас расстояния для посадки и взлета буксировщика, это она не забыла. А что нам Галина Николаевна про цвет подстилающей поверхности говорила? Желтый это скошенная нива осенью, или высохший луг. А сейчас в июле…
- Ааа, это пшеничное поле!
- Ой мамочки!
Запоздалое прозрение пришло, но повлиять на выбор площадки уже ничто не могло. Наташу принимает в свои объятья пшеница. Хорошо, что колосья высотой меньше метра, все-таки нечерноземье. Планер зарывается в пшеницу с обреченным видом, быстро останавливается, поглощенный желтым морем. Он набирает налившихся зерном колосьев во все щели. Нужно было на зеленую площадку садиться, опять Олег ржать и прикалываться будет. Но делать нечего. Наташа, одолеваемая унылыми мыслями, пошла, по пояс в пшенице, осмотреть планер и проверить посадочную площадку.
Тем временем в группе руководства полетами нарастало напряжение. Хоть посадка на площадку вне аэродрома и была обычным явлением для планеристов, все равно требовало повышенного внимания. Связь с планером пропала. На запросы с бортов на маршруте она не отвечала.
- 130-й на связь.
- 130-й как слышите?
Наташа, наконец вернулась к планеру. Что там за шум в рации?
-130-й на площадке, 3 км северо-восточнее Рундалы, буксировщик принять могу. Только тут травка высокая.
УКВ связь напрямую до СКП Елгавы не пробивала, поэтому взаимодействие шло через экипажи в воздухе. Лётный день подходил к концу, но в воздухе еще было много планеров и буксировщиков.
- 35-й после отцепки пройди к Рундале, забери 130-го.
- 35-й принял.
Ритумс затянул очередной планер на 1200 метров, помахал крыльями и после отцепки пошел на юг. Буксировка планера с площадки не вызывала у Мариса положительных эмоций, особенно когда молодые спортсмены, зачастую, не адекватно оценивают условия для посадки. Добрался до места за 20 минут.
Рундальский дворец - красивейшая достопримечательность Латвии, был построен знаменитым архитектором русского двора Растрелли для герцога Берона, фаворита российской императрицы Анны Иоанновны. А изначально это было курляндское поместье Гротгусов. Четкие линии садовых аллей большого парка были далеко видны с воздуха. Северо-западнее было множество квадратиков полей и лугов пригодных для посадки, но нигде не было планера. Обычно его хорошо видно издалека.
- 130-й я на месте, но тебя не вижу.
- Я вас тоже не вижу. Тут травка высокая.
- Какая травка?
- Ну такая желтая…
- Пшеница что ли?
- Ну наверное, а может овёс…
Выругавшись про себя нехорошими русскими словами, Марис Янович продолжил нарезать круги над желтыми полями.
- Что там со 130-м? – на аэродроме нервничали.
- Да пока не нашел, говорит села в пшеницу. Меня не видит.
- Я 32-го к тебе направил, вдвоем поищите.
День заканчивался. На Ковалева вместо облегчения от окончания смены и мыслей о весёлом беззаботном возвращении в Ригу с планами на завтрашние посиделки в Zem ozola, накатывались серой тучей рассуждения о нерешенной проблеме. А что делать, если до темна не найдем? А если площадка не позволит самолету забрать планер? Тогда нужно. отправлять туда группу, разбирать планер, грузить в прицеп, вывозить машиной… Кажется, выходные накрываются медной посудиной.
- Игорь, пройди ближе к Лиелупе, я тут уже всё облетел. Я кружок еще сделаю и пойду домой, по топливу.
- Хорошо, Марис, понял.
- 130-й самолеты видишь? Какие ориентиры еще были?
- Нет, самолеты не вижу, но слышно кажется южнее…
Крайний на сегодня подъем планера выполнил Сидоренко, и тоже получил команду пройти к Рундале на поиски планеристки. Игорь Ипатов исходил все желтые поля севернее и северо-западнее указанного ориентира, стало очевидно, что Наташа неправильно определила своё место. Девушка-планерист чувствовала, но не признавала свою ошибку, и была на грани эмоционального срыва. Радиообмен поисковиков приобрели отрывистый и порой нелитературный оттенок. Девочку было жалко, поэтому срывались друг на друге.
- Олег, тут Ритумс уже кружева выписывал, пройди севернее…
- Игорь Александрович, я пройду, но позже…
- 32-й, 37-й дайте остатки топлива. Давайте, планируйте на базу…
- 32-й, остаток 60, иду на точку.
- 37-й, пройду еще на юг, остаток 100
- Олег, передай этой 130-й пусть идет, ищет аборигенов, уточняет своё место и ночует возле планера. С утра машину будем организовывать. Сам закругляйся.
- Сейчас, по югу пройду вокруг Рундалы…
- Нашел 130-ю, юго-восточнее Пилсрундале километра 4. Сидит в пшенице.
- Понял, чтоб №"%&%^(**&^/!... Будешь забирать?
- Да, попробую. Там рядом зеленое поле, сяду туда. На месте определимся.
- Принято.
На площадках авиаторам приходилось и раньше выталкивать планера вручную на более удобное для старта место, иногда при этом помогали местные жители. Пришлось и в этом случае перетащить планер из пшеницы на соседнее поле с невысокой травой, спасибо нашлось двое местных товарищей, оказавших помощь.
Что там Олег говорил в течение 20 минут, пока перетаскивали планер, по поводу Наташиных навигационных способностей или о политической обстановке в республике, нам уже не ведомо, но он не замолкал. В итоге взлетели, Олег Викторович злой и гордый, а Наташа красная с влажными глазами, но спокойная. Вскоре караван без приключений оказался над аэродром. Руководство, не дожидаясь завершения сворачивания старта, погрузилось в УАЗик и умчалось по домам. Отсутствие начальства на аэродроме всегда ведет к оздоровлению психологического климата. Это немного скрасило печальное состояние Наташи. Оставшиеся на аэродроме летчики, не стали подвергать остракизму девушку, ограничившись, как всегда, веселыми подколками и добрыми наставлениями. Опыт, он так и приобретается. Напомню также, что тогда, ещё не было ни навигаторов, ни телефонов с картами, ориентировку мы вели по компасу, указателю скорости, сличая вид за кабиной с бумажной картой, поэтому такие случаи бывали, хоть и не часто.
- Рассказы про Рижский аэроклуб не требуют специального допуска, можете читать и пересылать хорошим людям. Восторг и критику пишите в комментариях.
- Благодарю Вас друзья за проявленный интерес к моим рассказам. Продолжу выкладывать любопытные истории из разных циклов. Прошу Вас, подписывайтесь на канал, тогда не пропустите новенькое, а мне улучшите
статус в Дзенекарму. - Оглавление