До конца рабочего дня оставалось десять минут, и все сотрудницы отдела уже были в предвкушении наступающих выходных. Вообще, по причине благодатной сентябрьской погоды, планы у всех были схожи и заключались в уборке урожая картофеля на приусадебных участках, огородах и дачах.
Галина Петровна и Татьяна Викторовна уже выключили компьютеры, а Венера достала из шкафа светлый приталенный плащ. Одна Лариса продолжала сидеть за компьютером: она не имела привычки выключать компьютер раньше, чем закончится рабочий день. Хотя остальных она не осуждала, не обсуждала и никогда не «стучала» начальству.
Терпение Ларисы было «вознаграждено»: в шестнадцать пятьдесят три, за семь минут до окончания рабочего дня, двери кабинета приоткрылись и заглянул мужчина лет сорока.
- Здравствуйте, - мягко и как-то застенчиво улыбнулся он. - Медицинский полис здесь можно восстановить?
- Здравствуйте, - едко ответила Татьяна Викторовна. - Именно здесь. Только в понедельник, с девяти ноль-ноль до восемнадцати ноль-ноль, обед с тринадцати до четырнадцати. До свидания.
- Девушки, но ведь ещё только семнадцать часов? Почему же в понедельник? - упорный посетитель всё-таки вошёл в кабинет.
- Вы расписание работы бы хоть посмотрели, молодой человек! - укоризненно покачала головой Галина Петровна. - Сегодня пятница, и приём граждан ведётся до семнадцати ноль-ноль.
- Девушки, - упавшим голосом продолжал посетитель. - Я не могу ждать понедельника. Мне в командировку сегодня ночью уезжать, а я полис потерял. Нужен хотя бы временный. Иначе командировка сорвётся, а она мне очень нужна. Пожалуйста, помогите!
Взоры всех коллег обратились к Ларисе, которая уже готовилась выключить компьютер, и посетитель, моментально сориентировавшись, тоже уставился на неё. Умоляюще. Тяжело вздохнув, чтобы услышали все, а посетитель чтобы осознал всю полноту её недовольства и всю степень собственного несовершенства, Лариса подняла красивую тёмную бровь и кивнула на стул рядом с её столом.
Посетитель проворно занял стул, с надеждой глядя на Ларису. Было ровно семнадцать часов, и все коллеги, одна за другой, покинули кабинет, весело попрощавшись. Поджав губы, Лариса проводила сослуживиц насмешливым взглядом холодных голубых глаз, откинула со лба вьющуюся тёмную прядь и изрекла надменно:
- Что сидим? Доставайте все документы, которые у вас есть. И молитесь, чтобы утерянный полис был открыт в нашей страховой компании.
- Уже молюсь, - улыбнулся посетитель.
Лариса раздражалась на саму себя: почему-то она не могла как следует разозлиться на настойчивого посетителя, а следовательно, не получалось и обдать его презрением в полной мере? Обычно Ларисе виртуозно удавались такие трюки: не говоря ни одного грубого или оскорбительного слова, она умела надолго испортить настроение тому, кто попадал под раздачу.
А у этого вид какой-то растерянный, виноватый, улыбка мягкая, голос приятный и негромкий. Хотя сам по себе мужчина ничем выдающимся (во всяком случае, на первый взгляд) не отличался: среднего роста, короткие светло-русые волосы, небольшие серые глаза, тёмные брови и ресницы, средних размеров прямой нос, плотно сомкнутые губы. По уголкам глаз первые мимические морщинки, а по краям губ - небольшие, почти вертикальные складки.
Изучив документы, Лариса вошла в программу и обнаружила, что полис выдавала их страховая компания два года назад.
- Что же вы такой невнимательный-то? Человек рассеянный? Где полис посеяли, Николай Николаевич? - опять вздохнула Лариса. Ладно уж. У неё-то ведь нет картофельной страды. Да и дома её никто не ждёт.