"Есть расстоянье большое меж чашей и губ твоих краем"...
Нет, я не поддерживаю стремление людей избавиться от фотоальбомов и хранить всё на флешках. Это же совсем не то! Вот сейчас я листаю страницы и словно заново проживаю свою жизнь, прикасаясь к каждому любимому лицу кончиками пальцев. Смогла бы я так на мониторе? Нет. Это было бы совсем не то...
Вот я в пеленках, вот с букетом и бантиками, вот мама с дикой причёской из 90-х, вот папа с модными тогда усами.
А вот здесь уже ты... Растрепанный, безудержно смеющийся, и я, робко улыбающаяся, наверное, в первый раз после смерти родителей.
Черт с ней, с этой ностальгией. Было и прошло. Есть дела поважнее.
У меня сегодня праздничный ужин, к которому нужно как следует подготовиться. В конце концов, для тебя, любимый, этот ужин станет последним.
Если вдуматься, рассуждала я, закинув мясо в духовку, вся жизнь состоит из случайностей. Случайной была авария, в которой погибли мои родители. Случайно я встретила тебя, глупо подвернув ногу на заледенелом тротуаре. Совершенно случайно твоя любовница оказалась работницей психдиспансера. А самая дикая случайность, что ты не удалил свою переписку с ней. Крайне занимательное чтиво, кстати! Я вычитала, что с сегодняшнего вечера под воздействием лекарств должна медленно, но верно начать превращаться в овощ. Из-за чего, любимый? Из-за гребаной "сталинки" с высокими потолками? Или домика в деревне? Или счета в банке, не такого, кстати, и великого по нынешним временам... Как же это мелко...
Вот мы и за столом... Ты улыбаешься, нахваливаешь мясо и в целом излучаешь любовь и ласку. Твоя сисястая девка писала, что я начну впадать в маразм с первой же дозы.
- Нальешь вина? - небрежно бросаю я и ставлю на стол бутылку и два бокала. Ты улыбаешься ещё шире - конечно, птичка сама летит в силки. Теперь надо дать тебе возможность подсыпать мне эту мерзость. Я встаю якобы за солью и нарочно медленно ищу солонку, а сама кошу глазами в окно. Ты воровато оглядываешься и высыпаешь какой-то порошок в мой бокал. Вот придурок... Тебя отлично видно...
Значит, партия началась...
- Андрюша, - мило улыбаюсь я, - мне кажется, я кран в ванной не закрыла до конца. Капает что-то... Не посмотришь?
Он нехотя встаёт и беспрекословно топает в ванную, бросив мимолетный взгляд на бокал. На лице - ни тени подозрения. Правильно. Ведь кто я? Глупая влюблённая курица. По крайней мере, такой меня считает та медсестричка. Сама она, безусловно, светоч разума.
Ну, вот и мои приготовления закончены. Я быстро сажусь обратно, и как раз возвращается Андрей.
- Всё в порядке, - говорит он.
- Показалось, - улыбаюсь я и поднимаю бокал. - Выпьем?
Андрюша недрогнувшей рукой берет бокал.
" Останови меня", - мысленно умоляю я. "Ну пожалуйста! Ошибся, оступился, всё бывает... Ты ведь не такой... Останови меня!"
- За нас! - произносит он и отпивает из бокала.
- До дна! - весело предлагаю я.
- Ого! Ладно, давай до дна!
И вот пустые бокалы как брошенное оружие стоят на столе между нами. Молчание.
- Есть более гуманные способы избавиться от женщины, дорогой, - спокойно произношу я. Андрей раскрывает рот и молча хватает воздух. Я беру его бокал и улыбаюсь:
- Вкусно было?
Наконец-то на его лице появляется страх. А как иначе? Кто желает превращения в слюнявого идиота, который ссытся под себя? Ох, дурачок, куда же ты полез? Ты ж простой деревенский парень, а никак не отрицательный герой блокбастера.
Я встаю из-за стола и невозмутимо ставлю бокал в раковину. Андрей багровеет и даже хватается за сердце.
- Что я выпил? - хрипит он.
- Всего лишь последний бокал вина. - отвечаю я. - Пошёл вон отсюда, Андрюша.
- Что там было? - кричит он.
- Вон! Немедленно! - кричу в ответ я.
Андрей пулей вылетает из квартиры, громко хлопнув дверью. Уже с лестницы доносится его крик: "Скорая, алло, скорая!"
Ну и дурак же ты, Андрюша... Думаешь, я как ты? А бокал действительно был нашим последним бокалом. Я весело бахнула его на кафельный пол. На счастье!
А по себе людей не судят... Мне так папа говорил...