Недавно я была в гостях у моих друзей. И их сын - мальчик лет 10, взволнованный происходящими в стране и мире событиями, спрашивал меня о фашизме. Наверное, это слово он услышал по телевизору. Мы долго говорили с ним о Великой Отечественной и современных событиях.
И вдруг он спросил, а почему тогда в 1945 году мы полностью не уничтожили Германию?
Я удивилась его вопросу, а он пояснил.
- Тогда бы больше никогда фашизма не было. Да и немцы столько горя нам принесли. Почему они должны были жить после всего, что сделали?
- Так нельзя, - возразила ему, - грех убивать мирных людей. Да, они заблуждались, верили Гитлеру, верили в исключительность немецкой нации, но когда мы победили, нужно было строить мир.
- Зря, - заявил мой собеседник. - Они ведь нас всех хотели стереть с лица земли, а нашу землю забрать себе.
Я поняла, что мир в представлении этого ребенка еще "черно-белый", и стала объяснять ему, что победить "нашим" в войне помогло не только оружие, но и убежденность в своей правоте и сила духа. А сила духа есть только у тех, кто сохраняют человечность на войне.
Но юному собеседнику мои слова были до конца не понятны. Видимо, он представлял войну как компьютерную "стрелялку", где все легко и просто.
Потом я возвращалась домой и думала о том, а не получилась ли моя беседа излишне нравоучительной? Хорошо рассуждать в теплой квартире за чашкой чая, а смогла бы я лично посреди разрухи, крови и боли сохранить ту самую человечность?
Мне кажется, русские побеждали всегда вопреки обстоятельствам, ведь так часто на нас шла вся "объединенная Европа", прихватившая с собой для острастки какую-нибудь Турцию или Японию. И только жертвенность, преданность своей стране и доброта наших воинов спасала их. Потому что в нравственном смысле они были сильнее.
Это и есть та самая сила духа, уверенность в своей правоте, перед которой бессильны злоба и чрезмерная жестокость противников.
В рассказе М. Шолохова «Судьба человека» есть эпизод, в котором комендант концлагеря Мюллер заставляет русского военнопленного Андрея Соколова выпить за победу Германии, Андрей же соглашается выпить за свою смерть. И этом нравственном поединке он безоружный, униженный, голодный побеждает своего врага. А немцев поражает сила его духа, они отпускают узника, возможно, понимая, почему их великая армия, захватившая почти всю Европу, терпит поражения на Восточном фронте.
Примером тому являются и события последних дней. На телевидении показали трогательный репортаж о "мариупольском Хатико" - лабрадоре, который охранял своих погибших хозяев в разбитой машине. Он, раненый, не понимал, что произошло, скулил, бродил возле разбросанных вещей.
Казалось бы, военным ДНР в такой тяжелой ситуации не до судьбы несчастного пса.
Но они его пожалели, нашли ветеринара, а сейчас лабрадор, которому дали новую кличку "Марик", был передан в Крым. Там нашлась семья, готовая приютить его.
А как непросто смотреть на кадры раздачи гуманитарной помощи, когда старушки плачут, увидев тушенку и сгущенку, и признаются, что позволить себе не могли этого лакомства, потому что пенсия у них очень мала.
Американские военные эксперты предполагали в самом начале операции, что русские будут действовать по тактике, выработанной ими в Ираке или Ливии. При ее использовании города просто стираются с лица земли при помощи современного оружия. Но мирное население несет при этом огромные потери.
И сейчас они с радостью, сообщают, что "русские выбрали неверную тактику, что так они будут двигаться очень медленно".
Но разве мы можем поступать, как американцы в Ираке? Для них Ирак был чужой страной, а местные жители - туземцами, а для нас все по-другому.
Мы не имеем права изменить себе, не можем использовать население в качестве "живого щита". Иначе это будем уже не мы.
И пусть медленно, но мы идем вперед. И правда все равно с нами.
А это очень важно.