Охват формы - задача не из простых. Но, если следовать постепенно от малого к большому, можно с удивлением обнаружить, что каждый раз, когда вы увеличиваете объём последующего произведения, ваше сознание интуитивно меняет настройки. Оно пропорционально складывает части произведения, оно подсказывает, где их объём раздувается или, наоборот, слишком мал.
Классическое трёхактное строение касается каждого элемента, который присутствует в произведении: от абзаца до главы. Три акта включают в себя всем известные экспозицию, середину и финал. Они являются тремя самыми большими, самыми яркими мазками на полотне литературного произведения. Только после определения рамок каждого из них можно приступать к последовательной детализации.
Условно классифицируем различные объёмы художественных произведений:
- миниатюра
- рассказ
- повесть
- роман
- цикл произведений (рассказов, повестей, романов или же смешение различных жанров в пределе одного цикла)
Целеустремлённость и эго начинающих писателей тихо нашёптывают им: "Ты не такой, как все. Ты сразу напишешь гениальный роман и не будешь мучиться над ним несколько лет". Да, мы все этим грешны. И я в своё время тешила себя такими словами. Но реальность далека от этой мечты.
Такое действительно возможно. Но шанс этого настолько мал, что его с трудом можно разглядеть даже в микроскоп. Не будем отказываться от мысли, что перевелись гении от рождения, хотя и на их чувство формы влияет литературный опыт, особенно, как читателя. Никак не связанный с литературой человек никогда не сможет с первого раза написать что-либо стоящее, потому что в его подсознании просто нет нужной информации, которая могла бы лежать там годами, развиваясь и перерождаясь в нечто большее.
Малая форма всегда по праву считалась наиболее сложной в любом виде искусства. К примеру, студенты музыкальных колледжей и ВУЗов не зря выбирают продолжительные по времени произведения, так как они отвлекают внимание от того, что форма, которую необходимо собрать воедино и прочувствовать, еле держится и вот-вот развалится на куски. При этом они совершенно избегают миниатюр с минимальным количеством нотного текста, так как не знают, чем заполнить пустоту и что можно вложить в половину страницы. Ведь как так, ты только что начал играть, а произведение уже закончилось? Здесь необходимо особое мастерство.
То же самое происходит с новичком в литературе. Брезгуя малой формой как "недостойной внимания" или, того хуже, "детской", будущий писатель ступает на путь, который, полный разочарования в себе, признания своей "обычности" и неудач, вновь заставляет его обратиться к малому. Автор возвращается к миниатюре и рассказу.
Несмотря на то, что чем меньше произведение, тем больше в работе подводных камней, рассказ наглядно показывает, как исправить ошибки, так как текста настолько мало, что все шероховатости видны издалека.
В этом парадокс малой формы. Сложность и простота.
По сути своей каждое предложение, каждый абзац имеет свою форму, а абзацы в свою очередь складываются в главы или целые произведения (если иметь в виду рассказ). На выходе мы получаем своеобразную литературную матрёшку гигантских размеров: от самого короткого слова до огромного цикла романов.
Малая форма удивительным образом сочетает в себе простоту и гениальность, ведь, если писателю удалось совершенно скудными средствами создать маленькую, живую и яркую картину - то он поистине отмечен талантом.
Алиса Гольц