Ну, может, слегка заклинило меня на этой теме, вы уж извините. Но и у других читаю примерно то же самое, и муж постоянно с разных ракурсов высказывает одну и ту же мысль:
-Вот, только, можно сказать, жить начали. Ездить куда-то. Покупать что-то, кроме стройматериалов. А тут сейчас опять - как фиганёт нас лет на 10-15 в нищету. А потом что? А потом - всё. Потом мы уже старые. Сами не захотим никуда.
Да. Всё так. Мы все сейчас как бы шли-шли и дошли до ямы. Заглядываем в неё, а глубины не знаем. Ширины тоже не знаем, но видим, что перепрыгнуть явно не получится. И думаем - как оно будет-то? Сильно об дно ляпнемся? Или так, терпимо?
И давай обсуждать и рассказывать друг другу про все другие ямы, встреченные на пути. Кто весело рассказывает, кто с гордостью - выбрались же мы из предыдущих, не застряли. И здесь должны справиться. Мы же - ух, мы же - эгегей!
И вот что мне подумалось на этот счёт. Ну, может, не увижу я никогда Мальдивы. И Гавайи не увижу. И остров Пасхи. И сердце кобры не поем. Стану старой, ворчливой и буду говорить: "Нас и здесь неплохо кормят"(с).
Суть-то не в этом. А в том, как ты умеешь запоминать свою жизнь. Можно запомнить так, что: "Вот, ничего-то я в жизни не видел, бедный я несчастный нищеброд". А можно: "Судьба всё время подкидывала мне испытания, но я их с успехом преодолевал! Потому что у меня характер! И стержень! И вообще я молодец!"
Те же пресловутые стаканы, ага.
Моя бабушка прожила 93 года и, конечно, к концу жизни стала не так остра умом. Мы с братом называли её длинные рассказы "пластинками": "О, сегодня пластинка "Вильнюс". Послушаем в пятидесятый раз".
Пластинка "Вильнюс" включала в себя рассказ о том, как бабушка в юности работала на чулочной фабрике.
-И вот 1 Мая, демонстрация, а на фабрике надо кому-то дежурить. Ну, выпало мне. И директору. А директор-то литовец был. Русских неохотно брал на работу. А меня взяли, пока он был в отпуске. Он потом увидел, говорит: "Без меня взяли? Понятно!" - ну и ничего. А тут начали дежурить, а что там дежурить-то - обошли всё, он и говорит: "Ладно, пойдём чай пить". Чаю мне налил, пряников достал. И так мы с ним хорошо поговорили, он рассказывал, как в России жил, какие дети у него... Сейчас-то уж помер, наверное, - вздыхала бабушка. - Хороший человек был.
Мне всегда казалось странным, что такое вот событие, которое, в общем-то, и не событие вовсе, так запало ей в душу. Может, пряники были очень вкусными в начале 50-х? Может, польстило, что такой уважаемый человек так запросто пообщался с ней, девчонкой? Может, что кто-то вообще поговорил с ней по душам, чего в своей семье у неё никогда не было? Кто знает... Почему-то это было одним из самых приятных её воспоминаний.
А Павка Корчагин? Я не понимала его в юности, несмотря на то, что к пионерии и комсомолу в целом относилась нормально. А он ведь, наверное, был счастлив? Горел общим делом, идеей, болел за каждый этап пути.
А учёные? Которые так бывают увлечены процессом, что поесть забывают, не то что на море съездить.
Сейчас, слышала, модно рисовать себе карту желаний? Ну, типа, цели ставить, к чему стремиться. А я бы вдобавок к ней завела "карту воспоминаний" - что стоит запомнить из предыдущего... ну, года, например. Чего ты добился, что преодолел, чему научился. Сам. Это ведь не менее интересно, разве нет?
А то ведь может неожиданно случиться, как в "Ширли-Мырли":
Как считаете?
***