«Нищие, кто вы?»

— Скажите, вы тут посменно находитесь? — мужчина нагибается к сидящей на асфальте женщине и удивленно сводит брови, — я уже скоро про вас книгу напишу и в интернет скину. А называться будет она «Нищие, кто вы?»
Он деловой походкой направляется дальше по улице Вайнера, а я «прирастаю» к попрошайке.
— Почему он на вас так?
— Не знаю, — Оля (так она представляется) говорит невнятно, будто катает во рту виноградину. — Я же не ворую. Сижу и никому не мешаю. Сейчас насобираю мелочи, пойду в столовую.

Наш разговор мало похож на разговор говорящих на одном и том же языке. Передо мной женщина с невнятным образом жизни. Таким же субъектом представляюсь и я ей: неясная, непонятно зачем задающая вопросы, на которые она, возможно, часто отвечает любопытным.

— Пенсию вы получаете? — я смотрю на её ноги, прикрытые подолом, и понимаю, что «продолжение» у ног есть, и завершаются они двумя сапогами.
— Мне 52 года, — из-за того, что её глаза непропорционально раскрыты, кажется, что в них постоянно играет лукавость. А с иконы в руках дрогнула и удивилась, как и её владелица, простодушная Матрона, — Какая пенсия?
— У вас деньги отбирают?
— Да кто же у меня их отберёт? — тихо отвечает.

Пенсию Ольга не получает. Не потому что есть ноги, а потому что нет стажа. Зато квартира, как говорит собеседница, у неё имеется. И дети — сын Януш и дочь Анна. Когда-то она их обеспечивала (работала на Кировском заводе), сейчас её обеспечивает улица.
Она занимает маленький квадрат асфальта, где вмещаются деревянная трость, банка с мелочью, икона. Она работает на этом квадрате, это её, если хотите, офис. Как долго она трудится так, можно только догадываться. Догадываться по тому, что Питер женщина всё ещё зовёт Ленинградом, а взрослых детей, о которых ничего уже не знает, называет Аннушкой и Янушкой.