Ему говорили: «Не связывайся с этой крысой, она — заразная». Предупреждали, что с ней уже половина общежития переспала.
— Хорошо, если триппер подхватишь, — доверительно рассуждал бывалый сосед по комнате. — А то ведь и СПИД не исключается. Да ты сам посмотри на неё внимательнее! Неужели не видишь, что она — шалава! Фу!
— Кроме того, — поддерживал другой сосед, — ни рожи, ни кожи, какая-то общипанная курица. Допустим Жирафа с «Автоматики» тоже шлюха, но хоть не уродка, и подержать её есть за что. А это — недоразумение какое-то.
«Действительно, — размышлял он. — какая-то фигня получается. Маленькая, бледная, тощая. И ещё — прости господи — заразная! Якобы. Чего я к ней прилип-то? Приворожила она что ли меня?»
Пацаны говаривали, что она владеет мастерством приворота. Эти пересуды вкупе с дурной славой давалки делали её не только заразной шлюхой, но и настоящей ведьмой. Девчонки на лекциях перешёптывались: «Как же эта страхолюдина после своих пакостей не только продолжает существовать, но и нагло ходит в институт, как ни в чём ни бывало? Ни стыда, ни совести!»
Однажды он не выдержал и бухнулся рядом с ней на свободное место в маршрутке.
— И ты не брезгаешь ко мне приближаться? — спросила она усмехнувшись. — Как же так? Ведь меня имело всё общежитие, я же заразная подстилка. Смотри, нахлебаешься со мной горя-то.
— Слышал, что только половина общежития, — буркнул он и хмуро уставился на свои белеющие в джинсовых дырах колени. — Но ты же не заразная?
Она ничего не ответила. Лишь сверкнула кошачьими глазами и уставилась в окно, глядя на проплывающие промышленные здания без дверей и окон.
А ребята не врали, не наговаривали на неё. Пацаны за базар отвечают. Всё так и получилось: общипанная курица действительно оказалась заразной. Он подхватил от неё неизлечимую инфекцию, чем-то напоминающую лихорадку — то утихающую, то вновь обостряющуюся, с кризисами и долгими ремиссиями. В конце концов, эта зараза свела его в могилу. Через пятьдесят три года после знакомства с курицей. Правда, сначала покинула земную твердь она. А спустя семь месяцев — он.
Интересно, что в истории их неизвестной науке болезни не поставлена точка. Последствия этого недуга — сын, дочь и три внука, и пять правнуков живут и здравствуют по сей день. Есть и ещё одно осложнение, вызванное неизвестной хворью — огромный сад с яблонями, грушами, ягодными кустами, посаженный много лет назад. Он продолжает цвести и плодоносить, жужжать пчёлами и чирикать птицами. Медицина пока не может объяснить этот странный случай, но учёные сдаваться не собираются.