В культуре, традициях, в которых я воспитан, смерть не является чем-то ужасным. Да, это неизбежность, но не страшная. Поэтому, в отличие от европейской культуры, у нас не боятся кладбищ, не мистифицируют, не украшают ночными кошмарами.
Кладбище - это место упокоения останков наших предков, близких, души которых давно покинули это место. По умолчанию - в рай. Кем бы ни был человек при жизни, он искупил свои грехи своей смертью. Для близких по-другому и быть не может - он продолжает жизнь в их памяти. В мире ином - тоже. Кладбище, могилы - это место связи с ними. Место отчета перед ними. Место раздумий о своем месте в этой жизни. Разве в таком месте может быть страшно?
Только с юности я запомнил напутствия стариков нам, молодым:
- Бегите быстрее от этого места, а мы скоро вернемся сюда.
Это когда переступали порог кладбища после очередных похорон.
Раньше я не понимал, когда люди, чем старше, тем больше, начинали говорить о смерти. Теперь, кажется, сам вхожу в этот возраст. И все больше не понимаю: как так получается, что жил человек, мыслил, переживал, любил, ненавидел, трудился или отлеживал бока и вдруг - нет его?
Мой прадед Салим бакалейшик, который нас, малышей, баловал сладостями (до сих пор помню вкус парварда и нават с его рук).
Мой отец Очил (Гена-бобо), его осторожные самостоятельные слепые шаги вдоль специально протянутой вдоль тропы проволоки...
Мой дед Мамад урус - энергичный ироничный и драчливый голубоглазый красавец с неизменным бутоном красной розы за ухом.
И много-много других. Чем дальше, тем они ближе: я вижу их позабытые было лица, слышу голоса - они живы!
И после очередных похорон дорогих мне людей тоже хочется сказать юным:
- Бегите быстрее от этого места, а мы скоро вернемся сюда.
Ещё на эту тему: Пустота растёт.