Начало тут:
Наш автобус ждал нас на железнодорожной станции. Именно туда и вела улица, на которой находится «Дзинтари». Наша группа растянулась почти на километр. Наташа пошла вперёд, ей хотелось в тепло. Я шлее сзади, и задержался возле одной палатки с сувенирами. Набор был стандартный, - магнитики, открытки, поделки. После непродолжительного осмотра выставленного товара я выбрал магнитик про Юрмалу, причём Юрмалу летнюю. Мне просто понравился изображённый на магнитике парусник. Киоск находился посередине улицы, и я сделал два снимка улицы в обе стороны. Меня до сих пор не покидало ощущение, что мы приехали в сказку, настолько тут всё было красиво. С поправкой на то, что зима, - моё любимое время года.
Автобус стоял на парковке недалеко от станции электричек. Как раз в тот момент, когда я стал садиться на своё место, мимо нас проехала современная латышская электричка. Внешне она очень была похожа на те, которые мы видели в Голландии, только покрашена в другие цвета.
Водитель дождался, пока вернутся все участники этой поездки на зимний курорт, закрыл двери, и автобус покатил вдоль железной дороги назад, в Ригу. Томас уселся на переднее сидение рядом с Андреем, и они о чём-то стали переговариваться.
Спешить нам особо было некуда. Стрелки на среднеевропейских часах только-только перевалили за двенадцать часов дня, и у нас было почти два часа, чтобы добраться до гостиницы. Снег по-прежнему шёл большими густыми хлопьями, из-за чего скорость движения на дорогах значительно упала. Но даже при сравнительно не большой скорости на дороге, машины то и дело заносило в разные стороны. Наши водители, а их было двое, приняли мудрое решение двигаться только в крайнем правом ряду, никого не обгоняя. Это нам помогло избежать нескольких столкновений, которые могли случиться, если бы наш автобус находился в другой полосе. К счастью для нас, всё обошлось.
Томас подал голос, когда мы въехали в Ригу.
- Вы можете видеть, какая широкая набережная в этом месте Даугавы, но вы наверняка не знаете, что вся эта дорога насыпная, эту землю сюда привозили специально, чтобы сделать вот эту самую автомобильную развязку, по которой мы едем.
Действительно, дорога рядом с Даугавой была намного ниже, чем остальные улицы города. Работа была проделана большая, но необходимая. Таким образом, транспортная развязка проходила вдалеке от жилых районов города.
Автобус прикатил на знакомое уже нам место возле площади латышских стрелков. Часы показывали час дня. До заселения в гостиницу оставался час. Слово взял Андрей.
- Кто хочет, может прогуляться по городу. Если хотите, можете сами подойти е отелю в два часа. Если нет, то возвращайтесь сюда, в автобус. Если не хотите никуда ходить, то можете просто остаться в автобусе. Решайте сами.
Наташа никуда идти не захотела. Она устала и замёрзла. А мне захотелось ещё раз пройтись по узким улочкам старого города, найти самую известную улицу советского кино. Так что этот час мы провели порознь.
На площади гуляли туристы из разных городов России. Я об этом догадался по голосам, по тому, как люди ставили ударения в словах. В основном это были дети. Каникулы были в самом разгаре, а Рига подходящее место для прогулок, особенно для детей. Я хоть и вышел из детского возраста по паспорту, но в душе остался тем же баламутом и безобразником. Так что мне тут было самое место.
Найти ту самую улицу оказалось не просто. Поскольку я не знал, как она называется, то глупо было спрашивать, как до неё дойти. Упоминать Холмса и Плейшнера я не решился, поэтому ходил наугад, стараясь выбрать правильное направление. Но из-за того, что Рига было погружена в снегопад, я никак не мог узнать улицы, ходили мы по ним, или нет. К памятнику ёлки я подошёл раза три, но всё никак не мог вспомнить, куда мы шли потом. На четвёртый раз я вышел мимо одного из соборов к памятнику бременским музыкантам. Не тем, что поют песни в нашем мультфильме, а к героям сказки братьев Гримм. Носы у каждого зверя были изрядно потёрты, видимо это дело рук туристов, которые хотят привлечь к себе удачу. Только клюв петуха был в исправном состоянии. Уж очень высоко он находился, чтобы до него дотянулись чьи-либо шаловливые ручки. Как раз для меня. Я встал на цыпочки и погладил птицу под радостные возгласы у себя за спиной. Когда я оглянулся, то увидел небольшую группу, которая снимала меня на различные устройства. Видимо, им понравилось, как я добываю себе счастье.
Однако после того, как я повернул за угол после знакомства с памятником, я окончательно сбился с пути. Более того, у меня возникло чувство, что я заблудился. Такого со мной не было никогда, ни в одной стране мира, ни в одном городе. Надо было привести свой мозг в порядок. Чувствую, что на улице становится всё холоднее, я решил немного погреться, и лучшего способа, чем выпить горячего глинтвейна, я придумать не смог.
Палатка с горячими напитками стояла на одной из площадей старого города. Тут же находился рынок, где можно было купить как сувенирную продукцию, так и вещь, необходимую в домашнем хозяйстве, например варежки. Подробно изучать ассортимент мне не хотелось, а вот согреться, как внутри, так и снаружи, было необходимо. Стоил двухсотграммовый стаканчик глинтвейна три евро. Я не берусь судить, насколько это дорого, или, наоборот, дёшево, но мне показалось, что это нормально. Женщина за прилавком ответила мне на хорошем ломанном русском языке, и нацедила мне горячего напитка до самых краёв стакана. Я сказал ей спасибо, и встал под навес. Тут был устроен костёр для всех желающих погреться.
Не удивлюсь, если окажется, что это горел газ. Я особо не присматривался к пламени. Пить глинтвейн большими глотками было нереально горячо, да и не было в этом никакой необходимости. Я ведь не жажду утолял. Минут пятнадцать провёл я под навесом, согреваясь. Мне стало так хорошо, что я расстегнул свой пуховик. Искать улицу мне расхотелось. Найти бы дорогу до автобуса…
Автобус я нашёл. Дойдя до трамвайных путей, я вышел по ним до набережной, а уже по ней я добрёл до автобуса. Было без десяти минут два. Как раз к автобусу стали подходить оставшиеся члены нашей группы, те, кто не ездил с нами в Юрмалу. Как только Андрей сосчитал нас всех, автобус тронулся с места.
До отеля мы добрались за пять минут. На этот раз мне уже был понятен маршрут движения, по крайней мере, улицы вне старого города расположены прямо, и в них заблудиться невозможно. Хотя, кто знает..
Мы забрали свои вещи, и прошли в вестибюль отеля. Андрей стоял возле рецепшена и громко называл фамилии туристов. После чего протягивал тем, кто отозвался ключи от их номера. Поскольку поездку оформляли на меня, то Андрей назвал и мою фамилию, причём одним из первых. Нам выпало жить на втором этаже.
Окно номера выходило во внутренний двор отеля. Открыв его, можно было вылезти на крышу пристройки. Именно для того, чтобы постояльцы отеля не занимались промышленным альпинизмом, у окна отсутствовала ручка. Кроме отсутствующей оконной ручки, в номере находились две кровати, с тумбочками, письменный стол, на котором стоял телевизор, одно кресло, шкаф-купе для одежды, и сейф. Напротив купе находилась ванная комната с душевой кабиной. Одним словом, типичный номер на тройку.
На сегодня все экскурсии были исчерпаны. Но была договорённость с Андреем и Томасом, что они повезут нас в пять часов обедать в ресторан быстрого питания «Лидо». С парижским заведением роднит только название, так у них нет ничего общего. Рижское «Лидо» напоминает финский «Ракс», только в «Раксе» платишь на входе, и ешь сколько тебе угодно за 9.90 евро, а тут ты платишь или за тарелку, не важно, что в ней и сколько, или есть порционные блюда за фиксированную плату. Пиво оплачивается отдельно. Крепкого алкоголя в этом заведении нет.
Любителей покушать набралось одиннадцать человек. У остальных, видимо, была своя прибалтийская гастрономическая программа. Мы не стали усаживаться в автобусе на своих местах при первичной посадке, а сели так, как нам хотелось. Но и при таком раскладе мы с Наташей оказались в последнем ряду.
Автобус выехал на набережную, и понёсся с разрешённой в этом месте скоростью по отвоёванному у Даугавы участке. Наташа всех предупредила, что напротив «Лидо» находится телебашня. Водители громко сказали ей «Спасибо», хотя, как я думаю, они и так знали маршрут. По дороге Наташа рекламировала остальным девяти туристам это заведение. Себя я вычеркнул из их числа, потому что слышал о нём с момента нашей первой встречи, то есть два года назад.
«Лидо» оказалось с противоположной для нашего движения стороны дороги. На такой случай был специально сделан разворот под светофор. Пока мы занимали крайний левый ряд, светофор трижды менял свой цвет. Что поделать, эта трасса пользуется в Риге большой популярностью. Но мы дождались своей очереди на разворот, после чего проехали мимо «Лидо» к парковке. Она была сделана не перед зданием, а за ним по ходу движения. Перед тем, как нас выпустить, Андрей произнёс речь.
- Итак, господа! Сейчас 17.20 по местному времени. Давайте в 18.30 собираемся все в автобусе и едем отдыхать в отель. День сегодня у нас всех был напряжённый, так что прошу никого не опаздывать.
Мы вышли и пошли объедаться. Я, по крайней мере, хотел именно этого. Семичасовой завтрак давно растворился в недрах моего желудка, и хотелось съесть настоящий кусок мяса, который так аппетитно рекламировала Наташа ещё при нашей первой встрече.
Что меня удивило ещё когда мы проезжали мимо, и что теперь я увидел воочию. «Лидо» не был супер современным зданием из стекла и бетона, нет! Это было двухэтажная постройка, внешне напоминающая большой курятник. Ограда, и внешние перегородки внутри двора выглядели, как плетень, и я себя ощущал не в Латвии, а, скорее, на Украине. По крайней мере, так её показывали в клипах Верки Сердючки. Вокруг нас с Наташей бегали дети, их пытались поймать счастливые родители, и всё это сопровождалось громким смехом и взрывом петард. Наташа меня уверяла, что в «Лидо» всегда полно свободных мест, что туда ходят только студенты и несчастные влюблённые. Мы были счастливыми влюблёнными, но не об этом речь. Я видел по широким беременным глазам Наташи, что она очень сильно удивлена происходящем. Увидеть такую большую толпу она явно не ожидала.
Мы вошли внутрь. Первое, что увидел я, - это была лестница, которая располагалась напротив входа. Внизу, как нам рассказал по большому секрету Томас, находилась пивоварня. Сам он был равнодушен к этому божественному напитку, и пил только виски. Лично для меня пиво и Латвия никак не стояли на одной плоскости, поэтому я пропустил слова Томаса мимо ушей, пока сам не увидел лестницу. На втором этаже находился зал для посетителей.
Наташа уверенным шагом прошла прямо и взяла поднос. Я тоже последовал её примеру. Однако, что делать дальше, не понял не только я, но и Наташа. Перед нами выстроилась длинная очередь. На раздаче стояли салаты. Но вот стоимость их я нигде не увидел. Наташа встала в очередь, я за ней. Через минуту Наташа рванула с места, подскочила к тому месту, где работники заведения накладывали жареную картошку, и сунула свой поднос поверх головы одного мальчика, который уже взял свою порцию.
- Мне картофель - фри, пожалуйста, - громко произнесла Наташа.
Юноша в спецодежде, то есть белый колпак и фартук, привычным движением раскидал ей на тарелку полный половник жареного картофеля. Однако слушать благодарные слова Наташи ему было некогда, - в его сторону уже тянулись тарелки голодающих из очереди. Я смотрел на эту картину, стоя чуть сзади, и никак не мог понять, что делать мне? Стоять в очереди, или делать так, как Наташа, - нагло лезть без очереди, и просить, чтобы мне положили еды. Опять же, я не знал, что здесь ещё можно съесть. Наташа хорошо ориентировалась в этом многолюдном пространстве, причём отовсюду звучала русская речь. Даже на раздаче. Работники «Лидо», скорее всего, были латышами, но с ними говорили по-русски, и они вынуждены были отвечать на великом и могучем, хотя и с акцентом. Но мне спрашивать было не у кого. Наташа вихрем перенеслась на другую раздачу, где выдавали мясо. Она так же, как и на картошке, нагло влезла вне очереди, ей плюхнули небольшой зараженный окорок, и Наташа подскочила к кассе. Увидев рядом меня, она задала невинный вопрос, - Ты, что, себе ещё ничего не выбрал?
За несколько секунд в моём мозгу пронеслись все нецензурные выражения средней полосы России. Но я сдержался. В конце концов, не Наташа же виновата в этом столпотворении, и в том, что я не владею ситуацией.
- Нет, я не понимаю, что тут можно брать, и сколько это стоит, - ответил я Наташе.
- Не стой в очередях, долго. Лезь без очереди, как я, тогда быстро получишь, - отрезала на бегу Наташа, и встала в кассу.
Касс было всего четыре, на них милые латышские девушки проходили практику в разговорной русской речи. Я сосредоточился, и подслушал разговор между кассиршей и одним русским пьяным парнем. У него на подносе была картошка, мясо, салат, и пиво.
- С вас восемь евро девяносто центов, - услышал я голос прелестницы за кассой.
Меня такая сумма вполне устраивала. Оставалось только взять тоже самое. Я вихрем подбежал ко входу, и наложил себе на тарелку один из салатов. После чего с подносом на руках подбежал к тому месту, где юноша в белом колпаке дружелюбно осыпал всех картофелем. На моё счастье, в очереди произошла маленькая заминка. Но и мне в этот момент было уже всё равно. Я протянул свою тарелку вперёд, и как только можно нежнее, прохрипел, - Мне картофель – фри, будьте любезны!
Юноша расплылся в прибалтийской улыбке, и тут же рассыпал на мой тарелке столько картофеля, сколько мне Наташа рекомендует есть за два дня. Я ответил ему глубоким поклоном, и тут же сбежал с этого места. Теперь мне надо было добыть кусок жареного мяса.
И на этом прилавке перед тем, как я приблизился, очередь застопорилась. Передо мной в очереди стояла латышка с двумя детьми, которые никак не могли выбрать себе еду. Я воспользовался ситуацией, и протянул вперёд свою тарелку.
- Мне, пожалуйста, мясо по-французски.
То ли из-за того, что было очень шумно, то ли потому, что у меня не самая хорошая дикция, но мне положили порцию мяса на рёбрышках. Спорить мне не хотелось, было только одно желание, - поскорее сесть кушать. По дороге на кассу я притормозил возле бочки с пивом, и налил себе пол литра отменного ячменного напитка. На кассе мне назвали ту же самую сумму, что я слышал тремя минутами раньше, - восемь евро девяносто центов. Я быстро расплатился, и пошёл искать Наташу. Она меня увидела раньше, и помахала мне рукой. Рядом с ней за столом никого не было.
Есть у Наташи одна привычка, которую не любят многие мужчины, - она может есть из чужой тарелки. Меня это тоже никак не напрягает, особенно, если это касается пары, живущей вместе. Вместе мы не живём, но я считаю нормальным, если Наташа возьмёт что-то от меня, и съест. На самом деле, это знак высокого доверия. Не все, правда, способны это понять.
Со мной Наташа поделилась своим салатом, а у меня откусила несколько кусочков мяса. Я насыщался не спеша, запивая пивом дневные впечатления от поездки. На сегодня их было достаточно. Надо было хорошо выспаться к завтрашнему дню.
В автобус мы вернулись одними из первых. Обмениваясь впечатлениями с попутчиками, мы пришли к выводу, что готовят вкусно, даже пиво было на уровне, но вот большая давка смазала общие впечатления от заведения. Перед уходом я поднялся на второй этаж, чтобы сравнить уровень обслуживания, и обнаружил, во-первых, барную стойку, то есть алкогольные напитки тут всё-таки были, и, во-вторых, небольшую эстраду, где пели вживую. Фонограммой служила не минусовая запись, и живые инструменты. Две гитары, клавиши, и ударная установка бросились мне в глаза сразу.
Послушать оркестр «Лидо» нам в этот раз не удалось, но, может быть, мы это упущение наверстаем со временем. А пока мы дожидались оставшихся едоков с единственной мыслью, - поскорее прийти в свой номер, принять душ, и завалиться спать. Последние наши товарищи пришли минута в минуту перед отправлением домой, в отель. Водитель закрыл двери, и мы тронулись.
- Скажите, как пройти от отеля к собору, - спросил один мужчина у Томаса.
- Вы собрались пойти на концерт? – радостно улыбнулся Томас.
- Да, вот супруга уговорила, она давно мечтала послушать рижский орган.
Томас повернулся в проход, и стал подробно объяснять дорогу. Мы его не слушали. На маленьком семейном совете нами было принято решение в собор сегодня не ходить. Душа просила тишины, а тело покоя. Лично я раньше никогда не слышал рижский орган, даже в записи. Но зато у меня есть диск Криса Нормана, записанного в Риге, а поёт он в сопровождении детского хора собора. За пультом во время записи находился Янис Лусенс, который в Советском Союзе известен, как автор музыки группы «Зодиак».
Обратный путь до отеля мы проделали значительно быстрее. Впрочем, любая дорога в обратном направлении всегда короче.
Первым в душ пошёл я. Как и любой, уважающий себя, мужчина, я провожу в душе времени немного. Отправив туда Наташу, я разлёгся на своей половине кровати, и стал изучать телевизионные программы. Всего их было 46, и больше половины шли на русском языке. Примечательно то, что самый первый канал был спортивным, под названием «Балтикспорт», и комментарии шли на непонятном для меня языке. Он был не финский, и не латышский. Скорее всего, на этом канале комментировали на шведском языке, хотя стопроцентной гарантии я не могу дать. В этот вечер показывали английский футбол. Я посмотрел минут пять, а потом стал переключать каналы в поисках того, который мы могли бы смотреть вместе. Лично мне приглянулся канал «Дикая планета», где шли передачи о животных. Его-то я и оставил.
Какое-то время мы смотрели передачи про слонов и жирафов, но Наташа попросила меня найти что-либо другое. Я переключил на канал новостей. Это была программа «Время», только ведущие были местными, и говорили, хоть и по-русски, но с прибалтийским акцентом. Новости касались Риги. За день выпало больше месячной нормы снега, и транспортная проблема была налицо. Нам перечислили, какое количество единиц техники вышло нам уборку улиц, показали репортаж с места событий. Я лично видел одну небольшую машинку, которая ползала по каменным улочкам старого города, пытаясь очистить его от снега. Но машинка была такая маленькая, а снег шёл так быстро, что как только улица была пройдена техникой до конца, её начало было сново завалено. Нас бодро заверили с экрана, что техника не уйдёт с улиц, пока весь снег не будет убран. Мы решили поверить местным новостям, и с оптимизмом легли спать.
Я спал плохо. Раз пять за ночь я просыпался. Было душно, но открыть окно было нереально, разве что только выбить стекло. Вступать в конфликт со страной НАТО мне не хотелось, и я мужественно терпел. Как оказалось, зря. Из-за меня совершенно не выспалась Наташа. Не зря я ночевал в других наших поездках на балконах, оставив её одну. На этот раз Наташа легла головой в обратном направлении, стараясь не слышать меня. Если меня может разбудить только звонок будильника, то Наташа просыпается от малейшего шороха. А при той духоте, что держалась в номере всю ночь, сон не задался с самого начала. Обвинять меня прямо Наташа не стала, да и в чём была моя вина? Мы кое-как умылись, и оделись, после чего пошли на завтрак в ресторан.
На входе нас записали, вернее сказать, отметили номер, из которого пришли постояльцы. Лично у меня завтрак в этом ресторане вызывал такие же эмоции, какие были на лице у Генри Баскервиля, когда Бэрримор накладывал ему овсянку. Но мяса здесь мы не могли получить даже на обед, поскольку обед в наше меню не входил. Пришлось налегать на фасоль, и жареный бекон. Из положительных моментов следует отметить холодный апельсиновый сок.
На экскурсию по окрестностям записалось всего 9 человек. И, пока мы пробирались по заваленным снегом улицам Риги, а их похоже, так никто и не чистил, Томас рассказывал нам интересные факты о Риге, и о Латвии в целом.
Оказывается, в Латвии есть школы, в которых образование даётся не на латышском языке. Есть школы на русском, белорусском, украинском, литовском языках. Обучение в них бесплатное. Но в любой школе изучают латышский язык. Причём обязательное обучение в Латвии касается двух языков, - латышского и английского.
В латышских школах родной язык и английский изучают с первого класса. В национальных школах с первого класса изучают родной язык, и латышский. С шестого класса в школах преподают второй иностранный язык. Для латышских школ, это, как правило, немецкий язык, а вот в национальных школах с шестого класса преподают английский. Всего обучение в школах длится 12 лет, но обязательно учиться только 9 лет. Для тех, кто пошёл учиться в 10 класс, преподают третий иностранный язык. Тут уже даётся право выбора за самим учеником. Про себя Томас сказал, что он выбрал русский язык.
- Я вырос среди русскоязычного населения, - улыбался Томас, - во дворе всегда звучала русская речь, и мне было легко изучать русский язык. К тому же я очень люблю географию, мне всегда было интересно изучать страны, а Россия – это и география, и история. Может быть, я когда-нибудь смогу вести экскурсии и в России. В Италии у меня такое получалось. Я вёл экскурсии для русских туристов в Риме.
Продолжение тут: В гостях у Риги часть четвёртая