Начало

Когда я был еще мал, незрел, и не обращен в религию крючка и палки, жили мы в Москве на улице Коломенской, на своеобразном полуострове, образованном Москва-рекой и затоном. В затоне стояли и ржавели списанные баржи, лодки и буксиры. А на реке были рыбаки. И я на них смотрел. Ни дед, ни отец интереса к рыбалке не имели, так что родиться эта страсть могла только сама по себе. На другом берегу реки район Печатники, и мне казалось – что это очень далеко. В этом месте река разделяется – левый берег с основным руслом вдоль Печатников, а по нашей стороне канал с шлюзом. До сих пор удивляюсь тем смелым и безрассудным людям, что сидели каждую весну перед ледоходом почти посередине реки, буквально в пяти метрах от открытой воды. 

   Но рассказать хотел о приобщении, и о первой рыбе. Даже не так – РЫБЕ, она ведь первая. Снасть мы с пацанами собрали – хоть на чемпионат мира заявляйся. Высокомодульная ивовая палка, плетня из сороковой нитки, шестигранный груз, экологичный пробковый поплавок и хэнд-мэйд крюк из скрепки, заточенной об асфальт. И отправились с этим(сейчас бы я его назвал – «Не Оставляющий Шансов») чудовищным орудием на канал. Что, к слову, строжайше нам запрещалось. Играть в ножички и фехтовать лыжными палками во дворе было безопаснее, видимо.

   Прибыв на точку мы разжились распрекрасными червями, которые начали слетать с нашего спортивного безбородочного крючка еще до отправки по месту назначения. Эта проблема была решена разрыванием на куски и насаживанием по несколько штук, что обеспечило доставку хоть какой-то части до воды. А с учетом использования двухметрового махового удилища мы едва-ли могли рассчитывать на каких-нибудь там лещей или судаков. Но там была своя прибрежная ниша. К слову, этих рыб я больше никогда нигде не ловил. Клевали бычки. Клевали исступленно, на каждом забросе, чуть ли не на голый крючок. 

   Не помню, как все закончилось, что сделали с рыбой, с удочкой. Но тот день выявил и определил мою страсть на всю жизнь.