Смешная трагедия
В XVIII веке в Англии жил довольно известный драматург и эссеист, политик и дипломат Ричард Кэмберленд. Он написал десятки пьес, среди которых значительную часть составляли романтические комедии. Однажды у него поинтересовались, каково его отношение к пьесе Шеридана «Школа злословия».
Возможно, Кэмберленд воспользовался случаем унизить соперника. Он ответил так: «Признаться, я не в восторге от этой пьесы. Не понимаю, почему публика ею так восхищается. Я посмотрел её всю и ни разу даже не улыбнулся».
Шеридан был человеком остроумным и, когда узнал об этом, не задумываясь сказал: «Какая неблагодарность! Недавно я смотрел его новую трагедию. Признаться, давно я так не хохотал».
О Юрии Карловиче Олеше
Юрий Карлович Олеша – советский писатель, которого не очень хорошо знают в сегодняшней России. И хотя он написал очень известную сказку «Три толстяка», по мотивам которой сняли мультипликационный и художественный фильмы, имя Олеши оставалось не на слуху. О его замечательном романе «Зависть» тоже мало кто слышал, за исключением филологов. Еще он написал несколько пьес, киносценариев и необыкновенно интересную книгу «Ни дня без строчки». Это небольшие зарисовки на основе биографических данных. Но, по сути, это книга о самом дорогом для писателя – о литературе, в которую Олеша влюблен и которой посвятил жизнь. С какой нежностью и силой он пишет о друзьях-писателях, об их творчестве, восприятии мира, о сложности их судеб! Да, написал Олеша не так много, но все его книги – бесценные дар писателя внимательным и заинтересованным читателям.
Кто-то мало написал, кто-то мало прочитал
Один писатель, выпустивший множество книг, что в советское время не всегда было показателем таланта – политически правильная ориентация автора помогала увеличить тиражи – как-то сказал Олеше:
- Как же мало вы написали за свою жизнь, Юрий Карлович! Я все это могу прочесть за одну ночь.
Олеша никогда за словом в карман не лез, поэтому мгновенно ответил:
- Зато я всего за одну ночь могу написать все то, что вы прочитали за всю свою жизнь!
Олеша и Маяковский
Олеша очень любил Маяковского, преклонялся перед его талантом, восхищался произведениями поэта.
Однажды в ресторане великий поэт сел за столик неподалеку от Юрия Карловича и, читая «Вечерку», вдруг небрежно сказал: «Олеша пишет роман «Ницше»!
Это он прочел заметку в отделе литературной хроники. Там было напечатано, что Олеша пишет роман «Нищий», конечно же, а не «Ницше».
Маяковский любил обыгрывать разные фамилии. Булгакову, например, он предложил назвать ученого в «Собачьем сердце» – Тимирзяевым, но Михаил Афанасьевич все-таки остановился на фамилии Преображенский: в ней не был так силен оценочный элемент и более ярко выражено философско-символическое начало.
Олеша понимает игру слов, пытается робко поправить: «Нищий», Владимир Владимирович, роман «Нищий».
– Это все равно, – быстро отвечает Маяковский. Перекличка слов явно кажется ему забавной.
Продажная рифма
Рифмы у Маяковского были яркие, неожиданные, точно бьющие в цель. Каждая – могла дать новый поворот мысли, новый взгляд на привычные явления.
Олеша как-то предложил Маяковскому купить у него рифму.
Неожиданно Маяковский согласился на сделку и только спросил, какую именно рифму может предложить ему Юрий Карлович.
– Медикамент и медяками.
Предложенную рифму поэт оценил недорого – он предложил всего рубль. Удивленному такой низкой оплатой Олеше он объяснил: «Медикамент произносится с ударением на последнем слоге».
– Тогда зачем вы вообще покупаете?
– На всякий случай.