Пока Акджагюль бе-_
тала за водой, отец ушел на работу. Она быстро приготовила все для
дедушки и побежала к матери. Заметила, что мать тоже расстроилась ›
и чем-то озабочена
— Мама, почему отец не пришел вчера?
Нязик, занятая своими мыслями, непонимающе взглянула на дочь. |
Увидав растерянность матери, девушка испугалась. Мать поняла
конец ее волнение,
— — Ничего, ничего. У них были дела.
Немного подождав, девушка снова спросила:
— Мама, а тот избитый человек выздоровел? — Голос у Акджа-
ь был испуганный, озабоченный. Она словно бы замерла в ожи- |
ответа. а
Взглянув на дочь, Нязик растерялась. «Упаси боже, вдруг дочке —
и упоминании о крови снова станет плохо!» — подумала она и, не
ядя на нее, ответила:
— Конечно, выздоровел. Говорят, уже работает, — и сама рассер-
дилась на свою ложь.
— Может быть, с Ефимом чего-нибудь случилось?
— Вий, что сегодня с этой девчонкой?! — сердито воскликнула |
Нязик,— Ни с кем ничего не случилось! Говорю же, у них были сво
дела. Ты что, не веришь? у
_ — Верю. Почему не верить? — ответила дочь, но в ее голосе п
слышалась обида, она замолчала. -
Проснулся Дурдымурад и сел на постели, глядя заспанными
зами на мать и сестру. Заметив перед ними сачак, торопливо
— Дайте и мне поесть. Во сне мне ничего не давали.