В интервью Classic Rock в 2011 году Дэвид Ковердейл вспомнил, как он выражал свои чувства в детстве. Он заявил, что его пение было плохим, так как он не попадал в ноты, а рисование было его основным способом самовыражения. Ковердейл также рассказал, что в те годы он посещал колледж искусств. В интервью Classic Rock Дэвид рассказал следующее: «Я был несчастен, потому что не попадал в ноты! Но в детстве моим основным способом самовыражения было рисование. В шесть или семь лет я узнал, что существует школа, в которой можно научиться рисовать, она называется колледж искусств. И с тех пор это стало моей страстью. Но я всегда пел, я пел со школьной скамьи. В моём айподе есть прекрасный плейлист Renaissance. Он открывается старой английской песней "Sweet Nightingale", которую я пел довольно неплохо, пока мой голос не испортили сигареты, виски и необузданные женщины. Это был мой шедевр в школе. Я не осознавал, что пение может быть средством самовыражения, пока не наступил случайный момент судь
В интервью Classic Rock в 2011 году Дэвид Ковердейл вспомнил, как он выражал свои чувства в детстве. Он заявил, что его пение было плохим, так как он не попадал в ноты, а рисование было его основным способом самовыражения. Ковердейл также рассказал, что в те годы он посещал колледж искусств.
В интервью Classic Rock Дэвид рассказал следующее:
«Я был несчастен, потому что не попадал в ноты! Но в детстве моим основным способом самовыражения было рисование. В шесть или семь лет я узнал, что существует школа, в которой можно научиться рисовать, она называется колледж искусств. И с тех пор это стало моей страстью.
Но я всегда пел, я пел со школьной скамьи. В моём айподе есть прекрасный плейлист Renaissance. Он открывается старой английской песней "Sweet Nightingale", которую я пел довольно неплохо, пока мой голос не испортили сигареты, виски и необузданные женщины. Это был мой шедевр в школе.
Я не осознавал, что пение может быть средством самовыражения, пока не наступил случайный момент судьбы, называйте как хотите. Однажды в школе у меня заболел учитель музыки, и единственным свободным учителем был парень по имени Бенбоу — учитель естествознания.
Он пришёл со школьным проигрывателем и сказал: "Я совсем ничего не знаю о музыке, поэтому я просто поставлю несколько записей, которые мне нравятся". Он включил Сидни Беше и Лидбелли, и волосы на моей шее встали дыбом; у меня случился немедленный эмоциональный отклик на эту музыку, в то время как многие из моих друзей хихикали, думая, что это очень забавно.
После этого я поговорил с учителем, и он был очарован тем, что я эмоционально реагирую на такую музыку. Он познакомил меня с "Большим" Биллом Брунзи и Мадди Уотерсом, который для меня, как и Отис Реддинг, является божеством. Я очень вдохновился».