Рут Озеки – известная писательница, кинорежиссёр и дзен-буддийская практикующая. В этой статье она поделилась своими мыслями о связи осознанности и творческого выражения. И сделала это с помощью ещё одной истории.
Рут Озеки: Если вы человек творческий, ничто для вас не происходит напрасно. Даже самая острая боль и самые тяжёлые события в жизни можно «переработать» в материал для нового проекта. Работа художника заключается в том, чтобы оставаться пробуждённым, осознанным и во всём находить новые возможности. Если такой подход кажется вам чересчур холодным и расчётливым, то всё совсем наоборот. Искусство, возникающее в тёмные и непростые времена, помогает нам во всей полноте прожить мощные эмоции и преобразовать страдание во что-то значимое.
Мне было больно и тяжело, когда умерла моя бабушка. Мама отказалась ехать на похороны в Японию, я отправилась одна. На кремацию я опоздала, но успела к церемонии захоронения бабушкиных останков на нашем семейном участке кладбища при местном храме. Утром перед церемонией тётя отвела меня в гостиную, где урна с прахом бабушки ожидала своей участи. Палочками для еды тётя вытащила из урны три или четыре белые косточки, положила их в пластиковый контейнер и отдала мне, наказав отвезти маме.
Традиция «делёжки костей» широко распространена в Японии, но не в Америке, так что выполнить тётину просьбу было нелегко. Хоть по происхождению моя мама и была японкой, большую часть жизни она провела в Штатах. Она давно отвыкла от всех этих старых японских традиций, к тому же наши с ней отношения в то время переживали не лучшие времена. Когда я позвонила сообщить, что привезла ей бабушкины кости, мама не очень-то обрадовалась. Поэтому я отложила нашу встречу, а контейнер засунула в шкаф – подальше. Шли годы, этот скелет в шкафу тревожил меня всё больше. Наконец, я поняла: единственный способ справиться с этой тревогой – превратить её в искусство.
Так я сняла фильм «Делим кости поровну» (англ. Halving the Bones). Купила камеру и сняла нашу встречу с мамой (я всё же собралась и отвезла ей бабушкины кости). Мы поговорили о нашей семье, об общей истории, о бабушке, о смерти. Работая над фильмом, я продолжала задавать ей вопросы, а когда закончила – мы посмотрели его вместе. Это сблизило нас, и спустя много лет, когда у неё диагностировали болезнь Альцгеймера, она даже согласилась переехать к нам с мужем и позволила о себе заботиться. Мы были вместе до самой её смерти. Не думаю, что хоть что-то из этого оказалось бы возможным, если бы мы не сняли тот фильм. Да, я понимаю: это был невероятно сложный способ справиться с довольно-таки простой проблемой. Я же могла просто пойти и поговорить с мамой без всяких фильмов. Или мы могли бы обратиться к семейному психологу. Но такого рода решения и в голову мне не приходили.
Затем я начала писать романы о сложных временах в своей жизни. Когда я переживала по поводу работы, пыталась пережить уход родителей, злилась на корпоративных мошенников, тревожилась из-за землетрясений и цунами в Японии, я обращалась к письму: оно помогало осознавать и глубже изучать мою неудовлетворённость. Я задавала себе вопросы:
– Как ощущается чувство, которое я переживаю? Как его описать?
– Какие истории я рассказываю себе, пытаясь объяснить это чувство?
– Что бы в такой же ситуации сделал другой герой?
– Каково это – оказаться в его шкуре?
В этом смысле писательство похоже на медитацию. В медитации ты сближаешься с собственной историей, изучаешь свою историю, чтобы начать видеть сквозь неё, а затем – отпускаешь. В писательстве ты тоже сближаешься с историей, чтобы её отпустить, просто сперва нужно придать истории форму, сделать более конкретной.
Не обязательно быть профессиональным художником или писателем, чтобы превращать трудности в творчество. Ваши стихи, дневниковые записи, лоскутные одеяла, коллажи и песни не обязаны становиться достоянием общественности. Они могут оставаться личными, потому что всё самое главное всегда создаётся в уединённости. Все мы – безгранично творческие существа, и до тех пор, пока мы признаем это и разрешаем себе реагировать на боль художественно и интуитивно (а не только рационально), мы можем превращать страдания во что-то значимое и полезное».
Источник: Lion's Roar
Фильм Рут Озеки на английском языке: https://vimeo.com/ondemand/halvingthebones
Перевод: Ретрит на обочине
#осознанность #медитация #ретрит #випассана #буддизм