Здравствуйте.
Этот альбом, девятый по счёту, действительно стал каким-то необычным для Yello. Говорю о своих собственных ощущениях. При том, что с первой и до последней, 74-й минуты ни разу не возникло сомнения, что я слышу музыку именно в исполнении Бориса Бланка и Дитера Майера. Абсолютно узнаваемо. Некоторые специалисты считают, что в девяностые годы у Yello появились сложности с поиском новых звуков и стилистики. Доверим обсуждать научные материи этим высоколобым гуру, указывающим нам, кто хорош и силён, чьё творчество затормозилось, а кому пора на свалку. Для меня их мнения имеют такое же значение, как для белого медведя - температура воды в низовьях Темзы в период половодья. Согласитесь, если бы мы, обычные слушатели, сначала читали критические статьи, а потом, вооружённые "глубокими знаниями", начинали прослушивание с покосившимся как Пизанская башня воображением, как бы мы получали удовольствие от музыки? Ага, вот и я говорю: "Свободу Юрию Деточкину!". Позвольте нам самостоятельно любить или не любить ту или иную музыку.
Так вот, этот альбом лично мне очень близок. И прошу прощения у двух великих музыкантов из Цюриха (хотя вряд ли им нужно моё извинение) за то, что в своих публикациях забыл указать, что в 1997-м году для меня было более, чем 2 важных альбома, о которых упоминал в статьях: Ultra от Depeche Mode и The Fat of the Land от The Prodigy. Yello со своей "Карманной вселенной" привели к какому-то перевороту в моей голове. И пусть в нём нет мелодий, навечно засевших в нас подобно "Oh Yeah" из альбома Stella, "The Rhythm Divine" с ещё одной великой Shirley Bassey (Ширли Бэсси) у микрофона из One Second или же "Rubberbandman" из Baby. Зато есть какая-то мощная энергия, пусть даже несколько темноватая, но зато наполняющая сознание, как новые жизни, вливающиеся в героя компьютерной игры после перезагрузки.
А вышло так, что музыканты, уже давно и всем миром признанные, решили продемонстрировать, что могут выступать в любых весовых категориях и на любых игровых площадках. Когда наступили 90-е, вначале дуэт смотрел на новый танцевальный мир настороженно, но с ленинским хитрым прищуром (видимо не зря вождь мирового пролетариата когда-то базировался в Цюрихе). "Я часто бываю в клубах, люблю смотреть на танцующих девушек", рассказывал с улыбочкой усатый Майер. Они с Бланком решили посмотреть, что могут сделать с их материалом настоящие профессионалы клубного дела. В итоге в 1995-м году за создание альбома ремиксов "Hands on Yello" взялись самые разные исполнители (жмите ссылки, если интересно послушать, что получилось) - от интеллектуальных The Orb до будущей поп-звезды Moby и прожжённых рейверов, таких как Westbam и Carl Cox. В итоге после успешного теста "на кошках" сами засели за работу, попросив помочь в записи нескольких продюсеров, в том числе упомянутого Карла Кокса, и выдали 24 февраля 1997 года "Pocket Universe", посвященный научной фантастике и фэнтези, который удачно сочетал привычных Yello c клубной электроникой девяностых. Эйсид-хаус, брейкбит и транс запросто соседствовали тут с сэмплами православных молитв, этникой и мяукающе-кукольным вокалом шведки Стины Норденштам (Stina Nordenstam). Но будем последовательными.
1. "Solar Driftwood", околодвухминутное вступление в духе Yello, с космическими идеями и тайнами мироздания.
2. "Celsius". Вход в транс. Повторяющийся мрачный двунотный речитатив. Старшина на плацу через испорченный микрофон зачитывает строки важного свода правил поведения, а курсантики-первокурсники хором орут - дескать, само собой, выполним, сделаем, достигнем, очень клянёмся стало быть. Этнический ритм завораживает.
3. "More" начинается с шёпота застенчивых деревенских девушек, обсуждающих наряд и повадки заморского докладчика, который случайно попал к ним в клуб на лекцию. И голосом Дитера Майера он излагает женскому персоналу стандартные идеи: "Ты даешь мне огонь. Дай мне желание. Я вижу твои глаза. Я не могу уйти. Серьезный случай. Жара".
4. "On Track", как мне видится, продолжает идеи ставшей уже легендарной композиции "The Race", которую многие помнят по сочному саксофонному рифу, наложенному на танцевальный бит. Только там речь шла об автомобильных гонках, а здесь уже несётся поезд. "Ритм колес, время исчезает". Кстати, "Гонка" в своё время поднялась на 7-е место в британском хит-параде. А на ремикс "On Track", включённый в альбом Eccentrix Remixes 1999 года, снят клип, в котором кроме лиц Бланка и Майера мелькает "штука" - а как её ещё назовёшь? - с обложки альбома Pocket Universe. И правда, очень по-туристически получилось.
5. "Monolith", пожалуй, самая концептуальная на альбоме. С церковным хором и русским священником, гипнотизирующим своим голосом. А этот мрачный звук "зумммм" совместно с ритмом безумных барабанов отсылает к фильмам о всяких неясных существах в чёрных балдахинах, вылезающих откуда-то "оттуда", типа "Фантазм". Очень сильная композиция, с морозом по коже.
6. "To The Sea". Ритм захватывает. Элементы джангла добавляют музыке актуальности, а вокал Стины Норденштам как будто отправляет слушателя в сказку - холодную и беспросветную. Шикарная вещь для медитаций.
7. "Magnetic". Моя любимя в альбоме. Как бы дважды перевёрнутый вокал Майера (сначала с обычного Magnetic-Energetic-And Beautiful в зазеркальный вид, а потом - назад, в наш мир, но уже с преломлённым лучом и смещённым центром тяжести: Maagnetic-Eneregetic-Aand Beauuutifull). Явное влияние Карла Кокса, но бережное, чтобы не навредить Yello. Мощнейшая.
8. "Liquid Mountain" - переход из реальности в реальность. Звон хрусталя в дуэте с потусторонним голосом. Не зря она названа "жидкой горой". Как говорится, "то, чего не может быть".
9. "Pan Blue". Самая клубная, хотя и быстровата для формата АBBA или Modern Talking. И записывалась тоже явно не на замену свадебного марша Мендельсона, по настроению - будто в глубине тёмных вод назревает что-то неясное, но явно не радостное.
10. Основную часть музыкальной программы завершает "Resistor". Видоизменённые органные пассажи а-ля Бах переходят в беснующийся ритм и несколько раз за композицию на первый план выходит звук, похожий на страшный крик, выбравшийся с одноимёнонной картины Эдварда Мунка.
11. "Beyond Mirrors" - это размышления Yello под космическую и летящую в безвоздушный мир музыку. Об учёных и церкви, о бесконечности и энергии, о фактах и их интерпретации. Завершается композиция и альбом фразой: "Ученые должны признать, что Вселенная волшебна". Прекрасный финал.
Но музыканты ещё приготовили для нас "вишенку" - бонусным треком к альбому идёт танцевальный ремикс на "To the Sea". А я под занавес предлагаю посмотреть ещё и клип на неё - романтический и красивый.
За это всё я и люблю Pocket Universe, ставший для меня особенным. О Yello можно говорить много, но больше, чем сами звуки и мелодии, сплетённые этими двумя швейцарцами в полноценные грандиозные полотна, сказать не получится. Слушайте весь альбом и ищите свои, глубоко собственные ассоциации с их творчеством. Всё величие и неповторимость любой хорошей Музыки в том, что она - для каждого из нас, и все мы чувствуем её по-своему. До встречи.
Ещё о музыке на этом канале: