Поправив сутану, отец Аскель, привычным жестом приоткрыл оконце исповедальни. В темной решетке проёма, качнулась тень. "Здравствуйте святой отец, я пришел снять груз с души. Примите покаянную исповедь грешника". Голос был хриплый с раздражающими нотками ирландского акцента. "Все мы грешны, сын мой, а бог всемилостив. Излей ему свою душу и ты обретешь умиротворение". Сколько раз отец Аскель произносил эту фразу, перед тем, как снова и снова выслушать трагические истории о кражи морковки с приходского огорода или о плотских утехах, коим, местные крестьяне придавались, после распития сидра в придорожном кабаке. "Признаюсь богу всемогущему и вам преподобный, что иногда на меня находит безумие и я не могу владеть собою. Совсем недавно в очередном припадке, я совершил ужасный поступок. Я подкараулил у дороги женщину и надругался над нею. Затем, испугавшись, что она выдаст меня, убил её и закопал в окрестном лесу". Отец Аскель вздрогнул. Он понял о ком идет речь. Бедная Элиза, единственная до