Разглядывать модерн – сущее наслаждение. Причем, что снаружи, что внутри. Поэтому меня так удивляет то, что некоторые особняки этого стиля стояли бесхозными по много лет, а другие так вообще подверглись перестройке. И это не в годы советской власти, когда потрясающая красота зданий была их недостатком, а в начале 20 в., когда люди знали цену этой красоте. Но тут злую шутку сыграла мода)
Но обо всем по порядку. Дело происходило на Поварской улице на участке между Скарятинским и Скатертным переулками. В 19 в. здесь была усадьба действительного статского советника Данилы Волчкова. А в 1903 г. эту землю выкупило Московское торгово-строительное акционерное общество под управлением банкира Якова Рекка. Строительство особняков и доходных домов было очень выгодным делом, и поэтому Рекк этим и занялся. Знаменитый Лев Кекушев возглавил архитектурную контору.
Целью общества было «украсить Москву стильными домами, которые, имея технические удобства западноевропейских городских строений, в то же время не убивали бы национального колорита Москвы». Строили тогда, в основном, в стиле Ар Нуво. И строили много. Но модерн потихоньку развивался, и как часто это бывает в сторону упрощения, с неким уравновешиванием элитарности и массовости. И жить в доме раннего модерна становилось уже не модно.
И поэтому потрясающий особняк авторства Кекушева не могли продать несколько лет. Дошло до того, что собирались продать уже, как участок для застройки. Но тут дому повезло. Купил участок московский купец Иван Миндовский, а поскольку купцы считать деньги умели, то резонно решил, что сносить дом и строить новый слишком затратно. Так особняк и сохранился, и называется теперь домом Миндовского, а не Кекушева, что в общем, с одной стороны правильно, поскольку архитектор много строил в Москве, но с другой стороны – это все-таки одно из самых красивых его творений. Посмотрим?)
Как и остальные особняки, его композиция очень необычна. По сути, это несколько призм, стоящих так, что в каждой возможно было сделать окно и избежать тёмных переходов. Модерн идет изнутри наружу, и здесь важны и интерьеры, и экстерьеры. Увы, внутри побывать практически невозможно – здесь сейчас здесь посольство Новой Зеландии, вернее, оно пока выехало на время ремонта. Поэтому можно посмотреть только фото с сайта pastvu.com.
Как и во многих особняках этого стиля внутри великолепие живописи, лепнины и витражей. К счастью, большая часть декора сохранилась.
А снаружи можно полюбоваться на решетки, окна и скульптуры.
Кстати, про скульптуру на крыше и фирменный знак Льва Кекушева (изображение льва) многие пишут, что они не сохранились, были разрушены во время Отечественной войны. Но сейчас они есть, видимо, их восстановили во время последней реставрации.
Правда, вроде не совсем так, как они выглядели изначально.
Рядом с домом конюшня. И к ней ведут ворота с узором в виде крыльев бабочки.
А эта пристройка справа – зимний сад. Здесь были удивительные окна – на них был нанесен рисунок методом кислотного травления – единственный случай в Москве в то время. Но сохранилось только 4 стекла.
После революции здесь был госпиталь (по другой информации - рабочий клуб). Потом полномочные представительства РСФСР и УССР при всех заграничных организациях помощи голодающим. А с 1924 г. в здании поселились шведы, сначала Шведская миссия, а затем вплоть до 1970-х годов здесь была резиденция посла. А с 1972 г. здесь посольство Новой Зеландии, как и во многих красивых особняках Москвы. Особняк является объектом культурного наследия федерального значения. И к счастью, даже отреставрирован.
А рядышком с ним тоже стоит дом Кекушева.
Но возможно ли здесь узнать творчество знаменитого архитектора? Едва ли( Дом был куплен купцом Матвеем Понизовским, и в связи с новыми веяниями моды он перестроил его в классическом стиле.
Мне кажется, стало хуже. А вы как считаете?