Повествование - фэнтази на военно-морскую тему с детективным уклоном (самиздат, автор неизвестен (возможно-С.Соколов), много букв). Продолжаем публиковать по просьбе читателей канала.
Танцы с огнем
ГЛАВА 13-1
Пригороды Файинга. 61 Весны.
Комната была тесной и душной. Свет проникал сквозь единственное небольшое окошко в кирпичной стене, под самым потолком. Решетки не было, но отверстие было слишком узким, чтобы протиснуться сквозь него, а даже если бы удалось выбраться наружу, что дальше? Вокруг – военный лагерь и сотни солдат. Агинаррийских солдат. Даже сейчас Фионелла слышала снаружи многочисленные звуки: шум двигателя, какой‑то ритмичный металлический лязг, мужские голоса. Она не понимала слова, но узнавала речь. Говорили только по‑агинаррийски. Дженгцев здесь не было.
Фионелла привстала на цыпочки, чтобы выглянуть в окно, но увидела лишь небо, верхушки древесных крон и покатые крыши длинных, приземистых, одинаковых казарм. Не в силах справиться с нервами, она вернулась к единственному способу занять время, который ей оставили – расхаживала от стены к стене. Три шага, поворот, три шага назад. У нее было предостаточно времени для этого, несомненно, очень увлекательного занятия. Их с Дейселом доставили сюда вчера утром, после чего без каких‑либо объяснений разделили, и ее проводили в эту комнатку. Кроме кровати, стола и пары стульев, здесь не было ничего, да и так свободного пространства осталось совсем немного. Часов не было, и сколько времени в точности она провела здесь, Фионелла не представляла. Одну ночь и больше половины дня. Сначала она видела в окошко солнце на небе. Потом солнце ушло – время перевалило за полдень. Дважды за день солдат приносил тарелку с вареным заргу и кружку с водой. Все попытки заговорить окончились полной неудачей: или солдат не понимал по ксаль‑риумски, или очень ловко притворялся. Никаких разговоров, никаких объяснений. Ни один человек, кроме молчаливого охранника, не снизошел до нее. Фионелла догадывалась, что агинаррийцы намеренно хотят довести ее до ручки. Что ж, она признавала: это им удалось. Девушка чувствовала себя, как на иголках. С каждым часом держать себя в руках давалось ей все сложнее.
«Ну что еще им нужно?» – думала она. Три шага к стене. Разворот. Три шага назад. Фио остановилась, выравнивая дыхание. Даэмогос, за последнее время у нее было премного возможностей поупражнять ноги! Еще немного, и она сможет на равных состязаться с чемпионами по бегу. Фионелла глубоко вздохнула, выдохнула, считая до десяти, чтобы успокоиться. Она понимала, что, расхаживая от стены к стене, выглядит как ненормальная, но, проклятье, после всего, что она пережила в последние дни, легкое нервное напряжение простительно. К тому же, просто сидеть и ничего не делать давило на нее еще сильнее. Ходьба, по крайней мере, отвлекала ее и не давала воображению разгуляться. Анадриэлька не понимала, чего от нее хотят, и боялась за судьбу Дейсела. Где сейчас он? Хотя бы жив? Злая ирония судьбы: сбежать от свободников и оказаться у агинаррийцев!
Неожиданно замок сухо щелкнул, и дверь раскрылась. Фионелла резко развернулась на месте, ожидая вновь увидеть солдата, но вошедший был офицером. На нем была серая униформа с символикой, которую Фионелла не узнала, и кепи с мягким козырьком и кокардой в виде драконьей головы. Фио постаралась, чтобы облегчение на ее лице не было заметно. Вряд ли можно было ожидать чего‑то хорошего от визита агинаррийского офицера, особенно после того приема, который им оказали, но, по крайней мере, это был человек, который явно пришел сюда, чтобы говорить. Ей хотелось немедленно требовать, спрашивать, угрожать, но Фио сдержала себя. Она догадывалась, что, после 24 часов заточения, примерно такой реакции от нее и ожидают. Поэтому она заставила себя успокоиться и без единого слова уселась на стул.
Офицер смерил ее взглядом, затем сел напротив. Еще некоторое время он молчал, видимо, ожидая, что заговорит она, но затем все же начал первым. По ксаль‑риумски он изъяснялся весьма неплохо.
– Вы Фионелла Тарено, специальный корреспондент «Южной Звезды»? Нам известно о вашем исчезновении.
– Я рада, – сухо ответила девушка. – А с кем имею честь говорить? Мужчине положено представляться первому, знаете ли.
– Не в Агинарре, но приношу свои извинения за невольную грубость. Капитан Сидэки Тамигара. Представляю Седьмой Отдел. Контрразведка.
– О… – протянула Фионелла, скрывая волнение. – Я не удивлена, учитывая, какой прием мне здесь оказали. Вы что же, принимаете меня за шпионку, капитан?
– Всего лишь хочу установить кое‑какие факты. Это для нас важно.
– В самом деле? А разве на Тэй Дженге распоряжается армия Сегуната? Я слышала, вы здесь всего лишь с «союзнической помощью».
– Что можно интерпретировать весьма по‑разному, госпожа Тарено. Давайте опустим формальности. Чем скорее вы ответите на вопросы, тем скорее мы закончим, и вы сможете вернуться в Файинг.
– Но я не подданная Сегуната или Тэй Дженга, чтобы отвечать на ваши вопросы, – заметила Фионелла. – Я – гражданка Империи Ксаль‑Риум, и вы не имеете права ни задерживать меня, ни допрашивать.
– Тэй Дженг в состоянии войны, а по законам военного времени, мы имеем право допрашивать кого угодно, если подозреваем, что он с нами не до конца откровенен.
– Значит, я все‑таки шпионка?
– И в ваших собственных интересах доказать, что мы заблуждаемся. Ответьте на вопросы – и мы освободим вас.
– Что, если я откажусь отвечать? Я не желаю разговаривать с вами, и вы не вправе задерживать меня против воли. Наши державы не воюют, и я не ваша пленница! Я требую… – Фио поняла, что сейчас сорвется на крик, и все же прикусила язык. Не она здесь хозяйка положения, и злить агинаррийца было бы неразумно.
Капитан Тамигара и бровью не повел: – Вы сможете вернуться в Файинг, когда мы сочтем это уместным, – сказал он.
– Ах, вот как… Значит, я все‑таки ваша пленница?
– Как я уже сказал: давайте обойдем формальности. Вы выйдете отсюда, когда ответите на вопросы, вот все, что вам нужно знать.
– И вы не боитесь скандала? Я и мой ассистент – граждане Ксаль‑Риума и сотрудники крупной газеты. Вас это не беспокоит? Хотя, конечно, глупый вопрос.
– Мы не хотим портить отношения с Ксаль‑Риумом, но вынуждены защищать собственные интересы, – спокойно сказал агинарриец. – Повторю еще раз, госпожа Тарено: с вашей стороны было бы разумнее сотрудничать с нами. Мы не разбойники с большой дороги, но и отпустить вас, не убедившись, что вы именно та, за кого себя выдаете, не можем.
– Что с моим помощником? – спросила Фио.
– Он жив и невредим, и в безопасности ровно настолько же, насколько вы, – в последних словах угадывалась явная угроза. Видимо, агинаррийцы решили, что расколоть женщину будет легче, чем мужчину, и взялись сначала за нее. И снова Фио признала – не без успеха. Она хотела бы чувствовать себя бесстрашной и несгибаемой, но это было вовсе не так. Она боялась. Тамигара не стал говорить очевидное: она в полной власти агинаррийцев. Если ее и Дейсела захотят прикончить, сделать это ничего не стоит, а вину за убийство свалят на партизан‑свободников. Кто докажет обратное?
– Что вам нужно от меня, капитан? – устало вздохнула она.
– Прежде всего, необходимо разобраться с обстоятельствами вашего похищения. Кто вас захватил?
– Какие‑то люди из Фронта Свободы. Разве это не очевидно?
– Кто ими руководил? – офицер проигнорировал ее выпад. – Вы видели этих людей? Слышали имена?
– Только одно имя. Некий Кео Сабир. Майор Сабир.
– Как им удалось захватить вас?
– Они переоделись в форму солдат Военного Правительства и устроили засаду. Остановили нашу машину и потребовали документы для досмотра. Когда мы остановились, они начали стрелять и перебили всех наших сопровождающих.
– Всех до последнего?
– Да… хотя, нет, один из нашего эскорта был на их стороне. Сержант. Его имени я не знаю. Он‑то и завел нас в западню.
– И что было дальше?
– Они посадили нас в свою машину, завязали глаза и куда‑то увезли. В свой лагерь.
– Чего они добивались?
– Хотели держать нас как заложников. Так объяснил этот человек, майор Сабир. Они, кажется, думали, что смогут таким образом привлечь к себе внимание.
Агинарриец продолжал сверлить ее ничего не выражающим змеиным взглядом. Фионелла рассказывала правду – пока одну лишь правду – но было непонятно, как многому он верит.
– Что было дальше? Как вы оказались на свободе?
– Кто‑то напал на лагерь, где нас держали в плену, – это уже была ложь, но агинаррийцам вовсе незачем знать, что Дейсел на самом деле – агент секретной службы. – В суматохе мне и моему ассистенту удалось освободиться. Человека, который присматривал за нами, убило взрывом гранаты. Остальным было не до нас. Мы угнали машину и сбежали.
– Кем были нападавшие?
– Я не знаю, – ответила Фионелла, стараясь говорить как можно убедительнее. – Мы не присматривались. Нападавшие были одеты так же, как люди в лагере. Я даже подумала, что это была ссора между ними. Но нам не было до этого дела, капитан Тамигара. Мы хотели просто сбежать, и это была единственная возможность.
– И вы отважились на такой риск? Ведь вы могли погибнуть.
– Мы не поверили, когда они обещали освободить нас. Мой ассистент три года назад работал на Тэй Луане как фотограф от «Южной Звезды», он уже сталкивался там с подобными вещами и знал, что заложников редко оставляют в живых. Мы решили, что так рискуем меньше, чем оставшись в лагере.
И снова тот же взгляд. Лицо – каменная маска. Агинарриец был хорошим допросчиком. Он не кричал, не угрожал, но эта неподвижная, холодная мина действовала убедительнее криков и размахивания кулаками. Фионелла понятия не имела, чему он верит – Боги, да верит ли он хоть чему‑то?
– И что потом? – продолжал расспрашивать северянин.
– Машина разбилась, и нам пришлось идти пешком. В машине мы нашли кое‑какое снаряжение, оружие и карту, и пробирались на север. Мы шли несколько дней. Затем встретились с вашими людьми, и нас доставили сюда. Вот и все. Больше мне нечего рассказать. Надеюсь, вы удовлетворены, капитан Тамигара?
– У меня есть еще вопросы. Мы знаем, вы что‑то сожгли, когда вас заметили наши солдаты. Что это было?
– Карта, которую мы похитили, – такой версии они с Дейселом решили придерживаться. Придумать ничего лучше было нельзя. Кроме того, это была почти правда.
– Но зачем вы это сделали?
– Мы же не знали, кого встретили. Может, агинаррийцев или солдат Военного Правительства, но это могли быть и свободники. Карту мы нашли в угнанной машине, и на ней были какие‑то отметки. Если бы нас снова захватили свободники, то, найдя при нас эту карту, они наверняка приняли бы нас за шпионов и убили на месте.
– Вы и ваш спутник удивительно предусмотрительны для журналистов, госпожа Тарено, – капитан добавил в голос нотку язвительности.
– Скорее, мы очень боялись.
– Но вы не выглядите испуганной. Вы очень хорошо владеете собой.
– Сочту ваши слова за комплимент, капитан, – съязвила, в свою очередь, Фионелла. – Я думаю, ни вам, ни мне не стало бы лучше, начни я биться в припадке.
Офицер слегка склонил голову. Даже, как показалось девушке, с намеком на уважение.
– Итак, вы довольны? – нетерпеливо спросила она. – Я рассказала все как есть.
– Еще не все. Что вы можете рассказать о руинах, которые встретились вам незадолго до того, как вас нашли?
– О руинах? – Фионелла изобразила удивление. – Ничего. Какой‑то храм. Мы там заночевали, а потом продолжили путь.
– И вы не осматривали его?
– Разумеется, нет, капитан! Мы сбежали из плена и надеялись вернуться на родину. Поверьте, осмотр местных достопримечательностей стоял на последнем месте в программе нашего путешествия!
– Я бы хотел поверить, госпожа Тарено, но я вижу, что вы не до конца откровенны.
– Очень жаль, что вы думаете так, капитан. Я рассказала все, что знаю. Как я могу доказать вам свою искренность?
Агинарриец холодно улыбнулся:
– Можете быть уверены, у нас есть способы изобличать людей во лжи. Мы расспросим вашего спутника. Лучше бы его слова не расходились с вашими. Хотя, конечно, прежде чем вас нашли, у вас было достаточно времени, чтобы обсудить, о чем вы будете говорить на допросе.
– Мы ничего не обсуждали, капитан, – вздохнула Фионелла. – Мы хотим только одного: вернуться на родину. Когда вы, наконец, покончите с этим безумием и отпустите нас?
– Я уже сказал вам, госпожа, – невозмутимо ответил агинарриец. В самом его спокойствии было нечто издевательское. – Тогда, когда сочтем нужным.
«И если сочтем нужным », – мысленно завершила за него Фионелла.
Ксаль‑Риум
– Боюсь, пока успехами хвастаться рано, – проворчал Матиас Карно. – Мы продолжаем расшифровку, но это все‑таки дело не одного дня. Прямо сейчас о Тейнаре Девелане не известно ничего, кроме одного: его имя есть в записях Юргена нар Кааринта.
– И это уже что‑то, – отозвался Спиро Арген. – Значит, их что‑то связывает. Шантаж, возможно? Мне нужна зацепка, чтобы начать работу.
– Понимаю. Значит, Девелана доверили тебе, Спиро? Ну, желаю удачи. Хоть и не понимаю, что нашлось у этого «Барона» на такого типа, как Тайнар Девелан. На первый взгляд, образцовый гражданин.
– Вот поэтому и хочу выяснить, каков он на второй взгляд. У каждого образцового гражданина есть свои грязные секреты.
– Думаешь, Барон выведал грязный секрет Девелана? Это так важно? Почему бы просто не прижать его по обвинению в шпионаже?
– Несвоевременно. И потом, кроме имени в тетради Барона, у нас ничего нет.
Арген сам думал о подобной возможности, но не хотел рисковать. Он и так едва не провалил дело с Бароном, в успехе было больше удачи, чем его заслуги. Префект Эдар хотел, чтобы Тейнара Девелана обработали чисто, и не нужно быть гением, чтобы понять – зачем. Секретной службе нужен осведомитель, приближенный к самому прайм‑канселиору. В таком деле поспешность недопустима.
Спиро задумался о том, что может быть на Девелана. Действительно, на первый взгляд тот казался совершенно безобидной личностью. Ничем себя не запятнал, долгов нет, да и откуда им быть, если его жена – дочь толстосума, владеющего тремя десятками транспортных судов и несколькими пассажирскими лайнерами. Дела у тестя идут отлично. Словом, финансовые проблемы маловероятны, к тому же в склонности сорить деньгами Девелан не уличен. Не мот, не лезет в аферы, порой играет в «фелиду»(1) с важными шишками в элитных клубах, но никогда не выходит за рамки. Ведет однообразную, совершенно заурядную жизнь, работает на Ораса Темплена уже пятый год, и прайм‑канселиор, судя по всему, ему доверяет. Отличный осведомитель, но как его завербовать? Что же, Барону это удалось, а значит, не столь непорочен господин Тейнар Девелан, как кажется. Что‑то есть в его прошлом, что‑то такое, что он будет скрывать любой ценой. Именно такие люди становились добычей Юргена нар Кааринта.
– Мне нужно все, что есть, Матиас. Все, что успели расшифровать по Девелану.
– Я уже сказал: почти ничего нет. Его имя упомянуто, но и только. Ни долгов, ни информации по шантажу. Мы работаем, Спиро. Пока могу сообщить только одно: имя Девелана в дневнике фигурирует рядом с неким Даргио, он же – «Непоседа».
– «Непоседа»? Кто такой?
– Понятия не имею, – ухмыльнулся Карно. – Боюсь, только сам Барон мог бы тебе ответить. Я умею читать зашифрованные тексты, но не умею разговаривать с призраками. Попробуй нанять медиума и поговорить с духом усопшего господина нар Кааринта.
– Очень смешно. Ладно, спасибо и на том. Все больше, чем совсем ничего.
– Будут новости, сообщу, – Матиас изобразил зевок. – Или сам заглядывай на огонек. Я отсюда никуда не денусь.
Распрощавшись с криптологом, Спиро Арген вернулся к себе и задумался. Быть может, Огастус Кордо что‑то знает о Девелане? Или об этом Даргио? Агента‑предателя так и держали под замком; убедившись, что торговаться бесполезно, он быстро запел. Выдал многое, но в дела Барона Кордо был посвящен лишь поверхностно. Вряд ли он может дать подсказку. Кто же такой, все‑таки, этот Даргио, и почему Барон связывает его с Девеланом?
«Непоседа… Звучит похоже на бандитскую кличку , – размышлял Спиро. – Девелан как‑то связан с преступными группировками? » – это казалось маловероятным, но, кто знает? Иной раз у человека, производящего впечатление кристально честного, оказывается самое мутное прошлое. Во всяком случае, ничего лучше прямо сейчас не сделаешь. Может быть, Матиасу Карно повезет с расшифровкой, а пока предстоит работать с тем, что есть.
Арген потянулся к трубке телефона: – Эйтари.
– Спиро, – отозвался сухой женский голос.
– Успехи есть?
– Пока нет, – в голосе женщины проскользнуло раздражение. Эйтари Хайн не любила признавать неудачи. – Мы ищем, но ничего не нарыли. Наш господин Девелан – именно такой душка, каким себя преподносит. Ненавижу таких. Удивляюсь, как жена его терпит, бедняжка должна просто умирать от скуки. Я бы на ее месте сбежала через дециму после свадьбы… самое большее, через дециму. Или содержала бы легион молодых любовников.
– Вот и проверь, кстати: содержит? – тоже повод для шантажа.
– Уже проверила, Спиро. Увы, нет. Мне ее искренне жалко.
– Ну, продолжай работать. Я уверен, ты справишься. Ты же самая зубастая цейта(2) в Ксаль‑Риуме, – тут Спиро не лукавил. В том, что касалось раскапывания чужих грязных секретов, Эйтари дала бы сто очков форы самому пронырливому писаке из любой ксаль‑риумской газеты. Ей не было равных ни в чутье, ни в изворотливости, ни в упорстве. Ни в беспринципности, разумеется.
– Ах, Спиро, это самый изящный комплимент, который мне когда‑либо делали, – съязвила женщина. – Но ты же не затем позвонил, чтобы говорить мне приятное?
– О, нет. Увы. Я решил подкинуть тебе еще немного работы.
– Сгораю от любопытства.
– Нужно порыться в полицейских архивах. Выяснить, не известен ли полиции некто Даргио, по прозвищу «Непоседа».
– О‑о… – протянула Хайн. – Я в восторге! Рыться в бумагах – вот чему я мечтала посвятить свое время. Уж лучше перетряхивать чужое грязное белье, там хоть иногда наткнешься на нечто забавное или интригующее.
– Но ведь ты мне не откажешь?
– Спиро, как я могу тебе отказать, если мне поступил приказ оказывать тебе всяческое содействие? Я займу этим своих людей. Жди результатов.
......
Примечание:
1.«Фелида» – карточная игра со сложными правилами.
2.Цейта – крупная хищная рыба, отличается крайней агрессивностью и прожорливостью.
....Накал несколько снижается, но это неизбежно, так как сюжетных линий достаточно много. Здесь главное не потерять основную нить повествования. Но ситуация не стала проще и безопаснее. Сюжет развивается, посмотрим что будет дальше. Продолжение не заставит себя долго ждать...