У него нет трона королевы Елизаветы II и папарацци не донимают его чрезмерным вниманием, но боливийский крестьянин Хулио Пинедо — королевская особа Нового Света: король, унаследовавший свой титул от своих африканских предков.
Представьте, как яркие лучи солнца с трудом проникают сквозь густой утренний туман, окутывающий зеленые склоны, ущелья, реки, водопады и всю обильную растительность, окружающую городок Мурурату в районе Лос-Юнгас, примерно в двух часах езды к северу от боливийской столицы Ла-Пас.
Именно здесь, вдали от столичной суеты, “правит” Хулио I – последний из ныне живущих монархов Америки, король афро-боливийцев.
***
Пинедо является общеизвестным в стране потомком конголезского монарха, которого испанцы привезли в Боливию в качестве раба в далеком 1820 году. Дом короля Хулио находится в 50 метрах от главной площади Мурураты. Он живет там со своей женой Анжеликой Ларреа — афро-боливийской королевой — и их сыном Роландо, наследным принцем. Его единственный наследник Роланд работает клерком в Боливийском конгрессе.
Уже не молодой Пинедо, которому перевалило за седьмой десяток, всю свою жизнь проработал в сельском хозяйстве. Мозолистые руки Пинедо, свидетельство того, что он всю жизнь занимался сельским хозяйством. В повседневной жизни он не носит ни короны, ни плаща — эти украшения предназначены только для особых случаев.
В обычные дни король занят строительством социального жилья рядом с собственным домом в рамках государственной программы. Он работает с понедельника по субботу с 8:00 до 18:00, иногда опаздывает на работу. Утро короля начинается с завтрака - чашки кофе и куска хлеба. Вы конечно же понимаете, что такого короля сложно упрекнуть в роскоши.
«Король Бонифачо был моим дедушкой. Наших предков привезли сюда для работы на рудниках Потоси [юго-запад Боливии]. Позже их привезли в район Лос-Юнгас, где продали владельцам гасиенд», — объясняет он.
Предком деда был принц Учичо из народа конго. Он прибыл в Боливию около 1820 года в составе одной из последних партий рабов, которыми снабжались тогда латиноамериканские страны. В итоге Учичо годы проработал в поместье некого маркиза Пинедо. Любопытно, что это имя он принял и сам. А В 1832 году Учичо был коронован в Боливии. Ему наследовали потомки - Бонифас, затем Хосе и Бонифачо, который был коронован в 1932 году.
«Мой дедушка был очень добрым человеком. Он очень любил нас с братом, но был очень строгим», — вспоминает нынешний монарх.
Участь королевских отпрысков из семьи Пинедо еще много лет после этого была в состоянии неопределенном. Семья Хулио лишилась короны и не долгое время не могла претендовать на титул. Осиротев в детстве, когда его родители погибли в результате несчастного случая, Пинедо был воспитан дедом Бонифачо, который умер в 1954-м году.
Семья Хулио лишилась короны и не долгое время не могла претендовать на титул. Так происходило до 1992 года, когда времена изменились и Хулио был признан своим народом.
В 2007 году правительство Ла-Паса официально короновало Хулио I. А два года спустя, согласно новой Конституцией, боливийцы африканского происхождения были признаны одной из 36 составляющих этнических групп андской нации. Это признание укрепило афро-боливийские обычаи и традиции, в том числе их собственное исконное, этническое королевство.
В декабре же 2007 года танцы, песнопения и барабаны музыки «сая» звучали в городе все утро. «Это был славный день», — вспоминает застенчивый и молчаливый король из маленькой деревни Мурурата.
***
Но эта королевская картина не так глянцевая, как кажется. У Пинедо нет трона, но у него есть красный плащ с золотым шитьем и металлическая корона, которую он надевает на местные праздники.
Но, не стоит воображать какой-то особенный или даже весьма скромный королевский дворец в распоряжении монарха. Это обычный дом. Первый этаж “королевского дома” также служит продуктовым магазином, которым заведует королева, где продаются бананы, консервированные сардины, масло и безалкогольные напитки. Вероятно, этот быт можно назвать самым скромным в сравнении с каким-либо другим монархом на земле.
Большинство афроболивийцев, в том числе король Хулио Пинедо, бедные фермеры, которые работают круглый год, собирая листья коки, цитрусовые, кофе, бананы или юкку и вскапывая мотыгами твердую красную землю. Это самая бедная группа во второй по бедности стране Южной Америки после Гайаны.
Хосе Ириондо такой же. Еще в 1967 году он сражался с аргентинско-кубинским революционером Эрнесто «Че» Геварой в восточной Боливии. «Когда я был с Че, я понял, что мы должны бороться до конца. И сейчас я все еще борюсь за права афро-боливийцев, потому что мы должны продолжать бороться», — говорит он.
До недавнего времени более 35 000 бедных афро-боливийцев, таких как г-н Ириондо, чувствовали себя забытыми и даже подвергались дискриминации. Но теперь, впервые с тех пор, как они прибыли в Боливию в качестве рабов в шестнадцатом веке, отношение к ним, кажется, немного изменилось.
Он счастлив, что афро-боливийцы теперь признаны новой Конституцией, предложенной первым президентом страны из числа коренного населения Эво Моралесом и принятой на национальном референдуме в январе 2009 года. И теперь, наконец, у них есть представительство.
Хулио Пинедо, как уже догадались читатели, сегодня по сути является королем номинальным. Он является церемониальной фигурой, а не политическим авторитетом. Сам король Хулио скуп на слова, но если откровенничает, то говорит достаточно, чтобы выразить недовольство неорганизованностью своего народа.
«Если бы каждый прикладывал больше усилий, и я мог бы работать лучше в качестве правителя», — отмечает он.
До Национальной революции 1952 г. афро-боливийцы жили в полуфеодальных условиях. После признания государством в 2012 году они впервые были учтены и признаны в качестве граждан Боливии, после проведенной переписи населения. Сегодня их около 26 000 человек в стране с населением более 10 миллионов человек. Конечно, это кажется ничтожным количеством. Но тем не менее…
«Был достигнут большой прогресс. Нас, афроамериканцев, принимают во внимание, и мы присутствуем в местах, где принимаются важные решения», — говорит Ансельма Перласиос, первый афро-боливийский сенатор в стране, добавляя, что официальное признание происхождения Хулио Пинедо «много значит» для ее народа.
Но и сенатор, и король считают, что предстоит еще много работы, чтобы афро-боливийцы получили такую же защиту и такие же права от государства, как и другие этнические группы. В Боливии более 41% населения составляют коренные жители. Коренные жители Боливии по-прежнему сталкиваются с расизмом и дискриминацией. Сам Пинедо пессимистично оценивает шансы полного искоренения дискриминации.
В своем городе Мурурата король Хулио Пинедо чувствует себя «хорошо и спокойно», но он считает, что еще многое предстоит сделать: «Мы были рабами, но мы больше не рабы. Но это сложно, потому что не многие понимают нас и то, за что мы боремся».
***
Историки точно не знают, сколько рабов совершили путь из Африки в Америку, но число исчисляется десятками миллионов. До половины умерло в пути от голода, болезней и жестокого обращения. В Боливии, бывшей тогда колониальной территорией Верхнего Перу, рабов заставляли работать на серебряных рудниках в городе Потоси и на плантациях Лос-Юнгас.
«Мы считаем, что в Верхнем Перу прибыло около полумиллиона рабов, но точных цифр нет. Сначала людей привозили в Потоси, а потом сюда, в Лос-Юнгас», — сказал Педро Андаверес, исследователь, специализирующийся на афро-боливийской культуре.
Большинство следов этих предков было утеряно, о чем говорит и сам Андаверес: «Наша история стерта, стерты из памяти наши исконные диалекты, верования». Однако сегодня боливийская культура отчетливый напоминает об африканском наследии через музыку и танцы сайя и капоралес под ритмы африканских барабанов.
«Расизм и дискриминация никогда не исчезнут в Боливии, — говорит король. - Люди смешанного происхождения, коренное население и чернокожее население — каждый заложник своей доли. Мы всегда припираемся друг с другом».
Но королю некогда долго разглагольствовать. Он работает семь дней в неделю и зарабатывает менее 30 долларов в неделю, едва сводя концы с концами.
***
Сегодня для афро-боливийцев фигура Хулио I Пинедо является «сильным источником культурной самобытности и принадлежности», как утверждает Хорхе Медина, первый темнокожий конгрессмен Боливии.
«Он наш символический король. Мы не наделяем его почестями, как испанского короля, но люди уважают его».