Благая Весть по Марку
Написано как в Исайе пророке: «Вот прежде лика Твоего посылаю вестника Моего, который подготовит Твой путь. Глас — зовущего в пустыне проложить путь Господу, прямыми сделать стези Его» — стал быть Иоанн, омывая в пустыне и возглашая о омовении раскаяния для прощения бестолковости, и выходила к нему вся Иудеи страна, и иерусалимляне все, и омывались им в Иордан-реке, исповедуя бестолковость свою, а одет был Иоанн в шерсть верблюжью и ремень кожаный на поясе своем, и ел саранчу и мед дикий, и возглашал: «За мной идет Кто — крепче меня, Ему я не достоин, преклонившись, развязать шнурок обуви Его. Я омыл вас водой, Он омоет вас в Духе Святом».
И стало в те дни — из Назарета в Галилее пришел Иисус, и Иоанном омыт был в Иордане, и когда выходил из воды, увидел расходящиеся небеса и Дух как голубь сходящий к Нему, и от Небес был глас: «Ты — Мой дорогой Сын, в Тебе Я подал благоволение». И тут Дух выводит Его в пустыню, и сорок дней был в пустыне, искушаясь сатаной, был со зверями, и вестники небесные служили Ему.
А после предания Иоанна Иисус пришел в Галилею, возглашая от Бога Благую весть: «Исполнился срок, приблизилось царствование Бога — раскайтесь и верьте в Благую весть!» И идя вдоль Галилейского моря, увидел Симона и Андрея, брата Симона, ловящих в море рыбу — были они рыбаки, и сказал им Иисус: «Идите за Мной, вас сделаю ловцами людей» — и тут бросив сети, они пошли за Ним. И пройдя немного, увидел Иакова Зеведеева и Иоанна, его брата — их в лодке, готовящих сети, и позвал их, и оставив отца своего Зеведея в лодке с работниками, пошли за Ним они.
И входят в Кафарнаум, и в субботу войдя в синагогу, Он учил, и учению Его поражались, ведь уча их, Он был как власть имеющий, не как буквоеды. Тут в их синагоге оказался человек в духе нечистом, и вскричал: «Почему и нам и Тебе, Иисус Назарянин? Пришел нас погубить? Знаем тебя, кто ты — Святой Бога!» А Иисус ему запретил: «Уймись и выйди из него». И нечистый дух, сведя его судорогой, громким голосом проголосив, из него вышел; и все ужаснулись так, что друг друга вопрошали: «Что это? Учение новое? С властью приказывает нечистым духам, и послушны Ему!» И слух о Нем разошелся повсюду, по всей окрестности Галилеи.
Тут выйдя из синагоги, с Иаковом и Иоанном они пришли в дом Симона и Андрея. Теща Симона лежала в горячке, и Ему о ней говорят, и подойдя, взяв ее за руку, он поднял, и горячка оставила ее, и она им служила, а с наступлением вечера, когда солнце зашло, к Нему несли всех, кому плохо было, и бесноватых, и весь город собрался к дверям — и Он излечил многих, кому плохо было от разных недугов, и многих бесов извел, и бесам не разрешал говорить, что Его знали; а рано утром, задолго до рассвета встав, вышел и пошел в пустынное место, и там возносил молитву, а Симон и те, которые были с Ним, за Ним устремились и Его нашли, и Ему говорят: «Все Тебя ищут». И им говорит: «Пойдем в другие селения, там Я возглашу, для этого Я вышел» — и пошел, по всей Галилее возглашая в их синагогах и бесов изводя.
И приходит к Нему прокаженный, Его прося и припадая к Его ногам: «Если хочешь — можешь сделать меня чистым». И разгневавшись, протянув руку, его Он коснулся и ему говорит: «Хочу, стань чистым». И тут проказа от него отошла — и стал. И им возмутясь, его Он вывел и ему говорит: «Смотри, ничего никому не скажи, но иди, себя покажи иерею, и повеленное Моисеем принеси за твое очищение — им во свидетельство»; но тот, выйдя, стал возглашать громко и разносить слово так, что Он уже не мог открыто войти в град, но по пустынным местам вовне был, и приходили к Нему отовсюду.
(II) И через несколько дней, когда снова вошел в Кафарнаум, услышано было, что Он — в доме, и тут собралось много так, что более не помещались даже у дверей, и говорил им слово. И приходят, неся к Нему парализованного, взятого четверыми, и из-за толпы не могли к Нему подойти, и где был, прокопав, раскрыли кровлю; и опускают постель, на которой парализованный лежал, и Иисус, увидев веру их, парализованному говорит: «Чадо, прощается твоя бестолковость». Cидели там некие из буквоедов и размышляли в своих сердцах: «Зачем так говорит, богохульствует? Кто может прощать бестолковость, кроме одного Бога?» Тут Иисус, уведав духом своим, что в себе так они размышляют, им говорит: «Зачем это мыслите в ваших сердцах? Что легче, сказать парализованному — „прощается твоя бестолковость“, или сказать — „поднимайся, бери твою постель и иди?“ Так познайте, что на земле Сын человека властен прощать бестолковость». И говорит парализованному: «Тебе говорю — поднимайся, бери твою постель и иди в дом твой». И он поднялся, и взяв постель, вышел перед всеми, так что изумиться всем осталось и прославить Бога, сказав: «Такого никогда мы не видели».
А Он снова вышел к морю, и весь народ шел к Нему, и Он их учил. И проходя, увидел Левия Алфеева, сидящего на таможне, и ему говорит: «Иди за мной» — и встав, тот пошел за Ним. И случилось Ему обедать в его доме, и многие бестолковые и взыматели налогов обедали с Иисусом и Его учениками — много их было, и шли за Ним, а из фарисеев буквоеды, увидев, что ест с бестолковыми и взымателями налогов, Его ученикам говорили: «С бестолковыми и взымателями налогов ест». И услышав, Иисус им говорит: «Нет нужды крепким во враче, но которым плохо. Я пришел звать бестолковых, не живущих в правде».
А ученики Иоанна и фарисеев постились, и подходят, Ему говорят: «Чего ради ученики Иоанна и ученики фарисеев постятся, Тебе же ученики не постятся?» Сказал им Иисус: «Разве могут люди на свадьбе, когда с ними жених, поститься? Пока с ними жених, поститься не могут. Придут дни, забран будет от них жених — в тот день будут поститься. Никто на ветхую одежду не шьет заплату из лоскута нового — если не так, целость новая заберет от нее, ветхой, и разрыв хуже станет. Никто не льет вино молодое в мехи ветхие, а будет так — вино порвет мехи, и вино пропадет, и мехи. Вино молодое — для мехов новых».
И случилось Ему в субботу идти через посевы, и ученики Его шли, вытягивая колосья, и вот фарисеи Ему говорили: «Вот они в субботу делают то, что нельзя». И им говорит: «Вы не прочитали, что сделал Давид, когда нуждался и испытал голод он, и кто с ним? Как при Авиатаре-архиерее он вошел в Дом Бога и хлебы предложения съел, которые нельзя есть, только иереям, и дал и бывшим с ним?» И им говорил: «Суббота для человека стала быть, не человек для субботы, так что Сын человека — Господь и субботы».
(III) И снова вошел в синагогу, и был там человек с сухой рукой, и за ним наблюдали, исцелит ли его в субботу, чтобы Его обвинить, а Он человеку с сухой рукой говорит: «Встань посередине»; и им говорит: «В субботу разрешено делать добро или зло? Душу спасти или погубить?» — и молчали; и с гневом оглядев их, сожалея о окаменении сердец их, человеку говорит: «Протяни руку» — и протянул, и рука его стала здрава.
А фарисеи с иродианами, выйдя, тут держали о Нем совет, как они бы Его погубили, и со своими учениками Иисус удалился к морю, и многое множество из Галилеи следом шло, и из Иудеи, и из Иерусалима, и из Идумеи, и из-за Иордана, и из окрестностей Тира и Сидона — многое множество, слыша о всем, что Он делал, к Нему пришло. И своим ученикам сказал, чтобы была приведена Ему лодка, из-за толпы, чтобы Его не теснили. Многих ведь исцелил, и те, у кого были болезни, к Нему припадали, чтобы коснуться Его, а нечистые духи, когда Его узнавали, падали перед Ним и кричали: «Ты — Сын Бога», а Он строго им запрещал, чтобы они о Нем не объявляли.
И восходит на гору, и зовет тех, кого сам хотел, и к Нему отошли, и поставил двенадцать, чтобы с Ним были, и посылал их возглашать, и (дал) власть изводить бесов, и Симона назвал «Скала», и Иакова Зеведеева, и Иоанна, брата Иакова, и их назвал — «Воанерге», то есть «Громовержцы», и Андрея, Филиппа, Варфоломея, Матфея, Фому, Иакова Алфеева, Фаддея, Симона-кананита и искариота Иуду, который и предал Его.
И приходит в дом, и снова собирается толпа людей такая, что они не могли даже хлеб поесть, а кто был у Него, услышав, вышли Его задержать и говорили — «он в исступлении», а буквоеды, придя из Иерусалима, говорили — «у него веельзевул, и начальником бесов изводит бесов». И призвав их, им в притчах Он говорил: «Как может сатана себя изводить? Если царство с собой само враждует, не может то царство держаться, и если род с собой сам враждует, не может тот род держаться, и если сатана на себя поднялся и враждует — не может держаться, но ему конец. Никто не может, в дом крепкого войдя, его утварь расхитить. Если прежде крепкого свяжет, тогда его дом расхитит. Аминь, вам говорю — любой грех и ругание, сколько ни поругают, людям простится, но кто будет ругать Святой Дух — не простится вовек и повинен грехом вечным». А они говорили — «у него нечистый дух».
И идут Его мать и Его братья, и совне встав, Его зовя, к Нему послали, а вокруг Него сидела толпа, и Ему говорят: «Твоя мать, Твои братья, Твои сестры там Тебя спрашивают». И в ответ им говорит: «Кто Моя мать и Мои братья?» — и оглядев занявших место вокруг себя, говорит: «Вот Моя мать и Мои братья. Кто волю Бога исполнит, тот Мой брат, и сестра, и мать».
(IV) И снова стал учить у моря, и собирается к Нему множайшая толпа такая, что пришлось Ему, поднявшись на лодку, сидеть на воде, а вся толпа у воды на берегу была, и учил их в притчах много, и от своего учения говорил: «Слушайте. Вот сеятель вышел сеять, и при сеянии одно пало при дороге — и налетели птицы, поели его. Другое пало на каменистое место, где не было много земли, и без глубины земли тут оно проросло, а когда взошло солнце — его припекло, и без корня оно увяло. Другое пало в репей — и поднялся репей, и его заглушил, и плод оно не дало. А другое пало в землю добрую — и восходя, и возрастая, давало плод и приносило тридцать, и шестьдесят, и сто». И говорил: «У кого уши, чтобы слышать, пусть слышит». А когда остались наедине, кто около Него с двенадцатью, спрашивали Его о притчах, и им говорил: «Вам дано таинство царствования Бога, а для тех, кто вне, все в притчах бывает, чтобы „глядя, смотрели, но не видели; слушая, слышали, но не понимали — чтобы не обратились, и простилось им“». И им говорит: «Не познаете эту притчу? Как вы ни одной притчи не познаете? — Сеятель сеет слово, и кто при дороге, где сеется слово — если и слышат, тут приходит сатана и забирает слово, сеянное в них. Есть сеянное на каменистых местах — они, как слово слышат, тут с радостью его принимают, однако, укоренения в них нет, они — непостоянны: когда настанет скорбь или гонение за слово, тут сомневаются. Есть и другое — сеянное в репей: они слово слышат, однако, вечные заботы и заблуждение среди обилия благ, и пожелания прочего, приходя, слово заглушают, и остается бесплодным. А сеянное в землю добрую — они слово слышат и принимают, и плодоносят тридцать, и шестьдесят, и сто».
И им говорил: «Разве годится светильнику встать под горшок или под кровать, и не встать на подсвечник? Нет тайного не для откровения, и скрытого, чтобы не явилось. У кого уши, чтобы слышать, пусть слышит».
И им говорил: «Смотрите, что вы слышите — какой мерой меряете, отмерено будет вам и умножено будет вам. Кто имеет, тому дано будет; кто не имеет — и что имеет, взято будет от него».
И говорил: «Царствование Бога это как когда человек бросит в землю семя, если и спать будет, или подниматься ночью и днем, семя прорастет и растет — как, он сам не знает, земля сама плодоносит — сперва зелень, потом колос, потом зерно спелое в колосе, и когда даст плод — тут идет в дело серп, потому что настала жатва».
И говорил: «Какому образу уподобим царствование Бога и в какой притче его представим? — Семечку горчицы, которое когда сеяно в землю, в земле — мельче любого семени, и восходит, и становится больше всех овощей, и дает ветви большие, что в его тени птицам небесным можно укрыться». И такими многими притчами говорил им слово, сколько могли слышать, без притчи им не говорил, наедине же своим ученикам все разъяснял.
И в тот день, когда вечер настал, им говорит: «Перейдем на другой берег». И покинув людей, Его забирают в лодке как был, и другие лодки были с Ним, и настает сильное волнение от ветра, и били в лодку волны, что уже наполнялась лодка водой, а Он спал на корме, на подголовье, и Его пробуждают, и Ему говорят: «Тебя не волнует, что погибаем?» И поднявшись, Он ветру запретил и морю сказал: «Тихо, уймись». И стих ветер, и настала великая тишина, и им сказал: «Почему вы так робки? Нет еще у вас веры». И страхом великим они испугались и друг другу говорили: «Кто Он, что и ветер, и море Ему послушны?»
(V) И пришли на другой берег моря к земле герасинов, и когда вышел из лодки, тут встретил Его человек из гробниц в духе нечистом, который имел жилище в гробницах, и даже цепью уже никто не мог его сковать. Много раз цепями и оковами его сковывали — и цепи разрывал, и разбивал оковы, и никто усмирить его не мог, и каждую ночь и день был в горах и в гробницах, крича и изранивая себя камнями, а издалека увидев Иисуса, прибежал и поклонился Ему, и громким голосом закричав, сказал: «Почему и мне и Тебе, Иисус, Сын Бога Всевышнего! Богом Тебя заклинаю, меня не замучь!» — ведь ему говорил: «Выйди, нечистый дух, из человека», и его вопрошал: «Как твое имя». И Ему говорит: «Имя мое легион, потому что нас много»; и очень его просил, чтобы не выслал их из страны вон. Было там у горы стадо свиней большое, пасущееся, и Его стали просить: «Пошли нас в свиней, в них мы войдем». И им разрешил, и выйдя, нечистые духи пошли в свиней, и стадо с кручи помчалось в море, около двух тысяч, и в море тонули, а пасущие их убежали и возвестили в город и деревням, и пришли они смотреть, что же случилось, и приходят к Иисусу, и бесноватого, имевшего легион, узнают в здравом уме, одетым сидящего, и испугались, а видевшие им поведали, как это с бесноватым произошло, и о свиньях — и они стали просить Его из их пределов уйти. И когда входил на лодку, бесноватый просил о том, чтобы ему с Ним быть, и ему не разрешил, но ему говорит: «Иди домой к своим, возвести им, что тебе сотворил Господь, сжалился над тобой» — и пошел, и в Десятиградии стал возглашать, что ему сотворил Иисус, и все удивлялись.
А когда Иисус снова переправился в лодке на другой берег и был у моря, собралась к Нему большая толпа, и приходит один из начальников синагоги по имени Яир, и Его увидев, падает к Его ногам и очень Его просит: «Дочь моя при смерти! Придя, возложи на нее руки, чтобы выздоровела и жива была!» И пошел с ним, и пошла за Ним большая толпа, и теснили Его, и женщина, двенадцать лет бывшая с кровотечением и сильно страдавшая от многих врачей, и издержавшая все, что у нее было, не получив никакой пользы, но более пришедшая к худшему — она, услышав о Иисусе, войдя в толпу сзади, коснулась Его одежды — а говорила, «если одежды Его коснусь, стану здрава». И тут источник крови ее иссяк, и в теле она познала, что от болезни исцелилась, а Иисус, в себе познав, что от Него вышла сила, в толпе обернувшись, сказал: «Кто моей одежды коснулся?» Ученики Ему говорили: «Видишь толпу, теснящую Тебя, и говоришь, „кто меня коснулся“?» А Он смотрел вокруг, чтобы сделавшего это увидеть, и женщина, испугавшись и трепеща, зная, что ей стало, подошла и перед Ним пала на землю, и сказала Ему всю правду, и ей сказал: «Дочь, вера твоя исцелила. С миром иди и от болезни твоей будь здрава». И когда еще говорил, приходят от начальника синагоги, говоря: «Дочь твоя умерла. Теперь зачем отрываешь учителя?» А Иисус, слово говоримое не послушав, начальнику синагоги говорит: «Не бойся, только верь». И с собой не позволил идти никому, кроме Петра, Иакова и Иоанна, брата Иакова — и приходят в дом начальника синагоги, и видит смятение и плачущих, и восклицающих громко — и войдя, им говорит: «Что вы мечетесь и плачете? Дитя не умерло, но спит» — и над Ним смеялись. А Он, выведя всех, берет отца дитяти и мать, и тех, кто с Ним был, и проходит туда, где дитя было, и взяв дитя за руку, ей говорит: «Талита кум» — что переводится, «девочка, тебе говорю, вставай». И тут девочка встала и ходила, была же она лет двенадцати. И они изумились изумлением великим, а Он строго им наказал, чтобы никто о том не узнал, и сказал дать ей есть.
(VI) И оттуда ушел, и приходит в свои родные места, и следуют за Ним Его ученики, и когда настала суббота, начал учить в синагоге, и все множество, слушая, поражалось: «Откуда Ему это, и что это за мудрость, Ему данная, и такие Его силы, через Его руки бывающие? Он разве не плотник — сын Марии и брат Иакова, Иосии, Иуды и Симона; и сестры Его разве не с нами?» — и в Нем сомневались, а Иисус им говорил: «Нет пророка не в чести — только в отечестве его, у сродников его и в доме его», и не мог совершить там ни одного чуда, только на немногих больных возложив руки, их исцелил и неверию удивлялся, и селения вокруг обходил, уча.
И призывает двенадцать, и начал посылать их по двое, и дал им власть на нечистых духов, и им наказал, чтобы не брали в путь ничего, кроме посоха — ни хлеба, ни сумы, ни в поясе меди, и «обувшись в сандалии — двух одежд не надевали»; и им говорил: «Где войдете в дом, там оставайтесь, пока не выйдете из того места; а там, где вас не примут и вас не услышат, оттуда выходя, с ваших ног отряхните пыль — о них во свидетельство». И отойдя, они возгласили о раскаянии и многих бесов извели, и маслом мазали многих больных и исцеляли.
И царь Ирод услышал — известно ведь стало имя Его, и говорили, «Иоанн Креститель поднялся из мертвых, потому действуют в нем силы», а иные говорили, «это — Илия», и говорили, «пророк, как один из пророков» — и Ирод, услышав, сказал: «Которого я обезглавил, Иоанн, он поднялся» — потому что сам Ирод, послав людей, Иоанна схватил и в темнице его сковал из-за Иродиады, жены Филиппа, своего брата, потому что женился на ней, а Иоанн Ироду говорил — «нельзя тебе жить с женой твоего брата». И затаилась против него Иродиада, и хотела его убить, да не могла: Ирод боялся Иоанна, зная его как мужа праведного и святого, и берег его, и его услышав, был в большой растерянности, однако, с удовольствием его слушал; а когда настал благоприятный день, когда в день своего рождения Ирод дал обед своим вельможам и трибунам, и первым людям в Галилее, когда вошла дочь этой Иродиады и сплясала, и угодила Ироду и совозлежащим, (и) сказал царь девочке: «Проси меня, что хочешь, и тебе дам», и поклялся ей многим: «О чем меня ни попросишь, тебе дам, до половины моего царства», и выйдя, она сказала своей матери — «что попрошу?» — та сказала — «голову Иоанна Крестителя». И войдя, та с усердием царя попросила: «Хочу, чтобы сейчас ты мне на блюде подал голову Иоанна Крестителя». И опечалясь, из-за клятв и из-за сотрапезничавших царь отказать ей не захотел, и послав телохранителя, велел принести его голову, и отойдя, в темнице он его обезглавил и принес его голову на блюде, и девочке ее подал, а девочка подала ее своей матери. И услышав, его ученики пришли и останки его забрали, и положили их в гробницу.
И собираются посланники к Иисусу, и Ему возвестили, сколько сотворили и сколько научили, и им говорит: «Вы сами пойдите в пустыню одни, немного отдохните» — ведь приходящих и уходящих было много так, что даже поесть у них не было времени; и в лодке они отошли к пустынному месту одни, и их, уходящих, увидели, и многие узнали, и пешком от всех городов сбежались туда, и пришли раньше их, и выйдя, Он увидел большую толпу и пожалел их — они были как «овцы, пастуха не имеющие», и стал их учить много, а когда был уже поздний час, Его ученики, к Нему подойдя, говорили: «Пустынно это место, и уже поздний час. Их отпусти, чтобы в окрестные поля и селения уйдя, они купили себе что-нибудь, поели». И в ответ им сказал: «Вы дайте им есть». Ему говорят: «Разве только пойдя, купим им хлеб динар на двести и дадим им есть». Им говорит: «Сколько у вас хлебов, идите, посмотрите». И узнав, говорят: «Пять, и две рыбы». И повелел им всем расположиться по частям на зеленой траве, и расположились рядами по сто и по пятьдесят; и пять хлебов и две рыбы взяв, воззрев на небеса, Он благословил, и хлебы разломил, и дал своим ученикам, чтобы им дали, и две рыбы разделил всем. И все поели, насытились, и (ученики) забрали кусков двенадцать полных коробов, и рыбы, а поевших хлеба мужей было пять тысяч.
И тут Он понудил своих учеников подняться на лодку, и пока сам отпускает людей, идти вперед на другой берег к Бетсаиде, и с ними простившись, ушел на гору молиться; и когда вечер настал, лодка была посреди моря, а сам Он один на берегу, и увидев их, гребущих через силу — был встречный им ветер, около четвертой стражи ночи Он приходит к ним, идя по морю, и хотел к ним подойти, а они, узрев Его, по морю идущего, подумали, это — призрак, и закричали — потому что все Его увидели и содрогнулись; и тут Он с ними заговорил, и им говорит: «Дерзайте, это — Я, не бойтесь», и восшел к ним на лодку. И стих ветер, и весьма от избытка чувств в себе они изумились — ведь не вразумились хлебами, и сердце их все-таки оставалось очерствевшим. И дойдя до берега, они пришли в Геннисарет и пристали, и когда вышли из лодки, Его узнав, сбежалась вся та земля, и стали на постелях, тех, кому плохо было, сносить туда, где слышали, Он есть, и где входил в селения, города и деревни, недугующих клали и Его просили только края Его одежд коснуться — и все, кто коснулся Его, выздоравливали.