Я задремал: мне снился сон,
В котором солнечной вуалью
Приют от тщет и тьмы печали
Резной оградой окружен;
И всякий будет поражен,
Как громом, странствуя по свету,
Узрев фасад приюта — нету
Нигде такого! Я сражен…
Сражен уменьем ловким этим:
Как бель сложив для мастеров,
Построил Бог для них сей кров,
Вложив в основу камень света,
Тот камень — как из строк поэта
И музыкой великой свит —
Так в основанье возгорит
Ступень, что песней звучной спета.
Фасад — украшен! Словно пламень,
Раскрыл секрет природы здесь
Хоралом ангельским!.. Так есть:
В тех музыкантах правды камень —
Двенадцать ангелов. Как справен
Их хор! И Божьи имена
Поют они, и в них одна
Живёт мечта меж прочих тайн.
Мечта меж тайн их лишь о том,
Чтоб мир проникся духом Бога,
Чтоб жизни в вечности дорога
Не прерывалась никогда,
И свет сиял во тьме всегда
Звезды̒, что вмиг укажет путь
Блаженным, чтобы как-нибудь
Бессмертия вкусить тогда.
Я шёл к фасаду в своём сне:
Тропа в цветах вся утопала,
И лишь она все тайны знала,
Кто в сей приют дал право мне
Бежать от тщет, чтоб в тишине
Узреть картину, как живую,
Где на фасаде песнь святую
Поёт капелла в ясном дне.
Десятый ангел словно ожил,
Открыл свои глаза и в мир
Взирал! Узрел потир
В руках поэта! Долго прожил
Поэт на свете этом, должно
Ему сейчас вступить во тьму,
Идти над миром одному
Над облаками осторожно.
И он пошёл с улыбкой доброй
Вдаль по небесному мосту,
И смерть, прибитая к кресту,
Почила в тишине, а вечность
Попрала тще̒ты, и конечность
Фортуны прекратила быть,
И в вечной жизни воспарить
Даровано, а с тем — беспечность.
Засим сей ангел, в мир ступив,
Узрел меня он: я в смятенье
Был поражен, мне утешенье
Давало то, что, взор склонив,
Стоял я так в словах молитв,
Найдя в смирении чертог,
Тот, где живёт Отец, и строг
Его приют меж тех, кто жив!
Десятый ангел бросил взгляд,
Так оглядев меня с весельем,
Что страх иссяк, а своей тенью,
Где свет иные разглядят,
Другие же как будто яд
Вкусят, меня сокрыл от глаз
Тщеты мирской, и сей же час
Услышал я и строй, и лад.
Сойдя ко мне, как в бренном теле,
Он лютню протянул свою,
Велел, чтоб я, как запою,
Искал гармонии в капелле,
Чтобы не ведал пуще дела,
Лишь Бога славил в небесах,
Чтобы я нес в своих словах
Лишь свет! Сей свет — чтоб люди пели.
Сорвав дремоты легкий плат,
Очнулся в лунном свете ночью.
Могу поклясться, что воочью
Приют я видел, там, где сад
Храним от глаз, и тот фасад —
На нём же ангелов капелла.
В тот час все струны лютни смело
Настроил я на райский лад!
