Возобновила записи о борьбе своей мамы с онкологией, а именно с раком желудка и метастазами, стремительно распространившимися по ее организму.
Предыдущая запись здесь:
Для начала я бы хотела обратиться к тем, кто читает мой блог.
За последние пару недель я получила неимоверное количество откликов по моей теме. Помимо слов сочувствия, люди в комментариях делились собственной болью от утраты близких людей. Кто-то похоронил родного человека 2-3-5 лет назад, кто-то совсем недавно, но всех их объединияет то, что эта боль никак не утихает со временем, увы. Да, она притупляется и уходит куда-то в глубину души, но остается и порой вырывается наружу безмолвным криком отчаянья.
Дорогие мои! Я прекрасно понимаю ваши чувства, эти записи сделаны как способ облегчить и мои личные переживания. Все, что я могу пожелать всем нам - терпения и как можно больше ярких солнечных дней, которые способны хоть как-то отвлечь нас от грустных мыслей. Ни в коем случае не вините себя! Я уверена, что каждый из нас сделал все, что было в его силах, мы передали всю свою любовь нашим близким, но судьба-злодейка играет с нами в чересчур жестокие игры, и тут уже ничего не зависит от нас. Пусть благополучных случаев и чудесных историй излечения становится все больше и больше! Пусть каждому заболевшему встретится грамотный и самое главное - неравнодушный врач! Я верю, что однажды этот ужасный недуг с коротким и ужасающим названием "рак" обязательно будет побежден!
***
Я довольно-таки странно отреагировала на уход мамы. Пока она была жива - я много плакала и каждый раз вздрагивала от телефонных звонков. Но как только все закончилось, слезы пропали. Я впала в некую прострацию и на все происходившее смотрела как будто со стороны. Папа взял организацию похорон полностью на себя. Он очень деловито решал все вопросы, взял отгул на работе и скрупулезно подходил к выполнению каждой задачи. Почему-то такое его поведение вызывало во мне скорее негатив. Мне хотелось кричать ему: "А где ты был раньше? Почему ты так плохо относился к маме, когда она еще была жива? Когда она была здорова? Сколько раз ты ее обижал? Это ты виноват!" Родители действительно в моем понимании жили вместе даже не как "кошка с собакой" (эти существа все-таки способны хоть к какому-то мирному существованию между собой), а как нечто, друг друга постоянно уничтожавшее. Скандалы, ругань, битье посуды и хлопанье дверьми - было их обычным времяпрепровождением. Из своих детских лет я едва ли вспомню время, когда они не ругались. Мне было страшно. Я вжималась в угол комнаты, обхватывала голову руками и ждала, когда все закончится. Когда наступала тишина, я вылезала и шла осматривать места недавних "побоищ". Иногда я находила маму в крови, она убегала в ванную комнату, а после выходила оттуда как ни в чем не бывало. После особо крупных скандалов папа мог пропадать на неделю, а то и две. В такие периоды в доме наступало некое подобие умиротворенности. Мне было хорошо вдвоем с мамой и даже будучи еще совсем юной и несмышленой девочкой я искренне не понимала, почему они никак не разойдутся. Может, у мамы были какие-то ее внутренние комплексы и страхи, которые не давали ей пойти на такой шаг? Может, это была слепая любовь и преданность к папе? Но разве любовь может быть такой разрушительной? Разве она не должна давать, наоборот, только положительные эмоции?
Самый страшный момент из детства, который навсегда врезался в мою память и надолго (если не навсегда) перечеркнул мои собственные робкие верования об искренней любви: когда я едва успела вытащить маму из петли. Я не буду описывать подробности того неимоверно жуткого момента, но поверьте - в моей памяти четко сохранилось все до мельчайших деталей, даже цвета одежды, которая была на маме, ее прическа и самое главное - отпечаток безграничного ужаса на ее лице. Я была в другой комнате, папа вполне спокойно и наверняка будучи довольным собой спал, убаюканный алкоголем. И вдруг в моем маленьком детском сердечке что-то екнуло. Я вскочила и побежала к маме. Я долго стучалась в закрытую дверь, кричала, плакала, умоляя меня впустить. Наконец, дверь открылась и на маминой шее я увидела ЭТО. Мама тоже заплакала, обняла меня и тихонько прошептала, что очень устала. В какой степени безысходности должен был находиться человек, чтобы решиться на такой поступок? Позже я даже обвиняла маму в малодушии, как она могла вот так просто оставить меня одну?
Мама не была счастлива с папой. Ни одного дня. Но почему-то все равно держалась за него, терпела его алкогольные загулы, измены и откровенные издевательства. Но внешне на публике они всегда были идеальными. И только, пожалуй, одна я знала, что скрывается за этой красивой картинкой.
И вот теперь папа хоронил маму. Акт лицемерия. Мама не жила красиво, ярко (как того была, безусловно, достойна) и все время как-то неправильно. Это казалось невозможным, что такая невероятно красивая женщина, которая в свои 50 лет сводила с ума любого проходившего мимо мужчину, теперь умерла.
Я боялась подходить к гробу. Мне казалось, что это не мама там лежит, а какой-то совершенно чужой и не знакомый мне человек.
Когда гроб опустили, и первые комья земли начали сыпаться вниз и ударяться с тяжелым приглушенным звуком, мне вдруг стало невероятно одиноко. Мне показалось, что я сжалась до размеров очень маленькой девочки, и начала повторять про себя "мама, забери меня!" - в том смысле, что вот сейчас она живая и здоровая подойдет ко мне и заберет с этого ужасного места с крестами и памятниками, отведет в какое-то светлое и доброе место, где всего этого ужаса не будет.
...Я положила на свежую могилу большой букет красных роз. Еще когда его собирали в цветочном магазине, я едва сдерживалась от слез, а теперь мне казалось, что это так ничтожно мало - просто букет роз. Почему я так редко при жизни дарила маме цветы? Почему силой не забрала ее от папы? Ну неужели я совсем ничего не могла сделать? Ведь я сама только и делала, что убегала в страхе от родительских скандалов. Папа спустя две недели заехал на могилу убрать засохшие букеты, и как он сам сказал потом с удивлением - мой букет остался единственный практически в неизменном состоянии, как будто цветы только-только срезали и положили на землю. За это время мама несколько раз снилась мне. Молодая и красивая. Такой, какой я всегда ее хотела видеть.
В первые месяцы боль частенько била меня словно острым ножом. Я ощущала невероятное опустошение, и в моменты особенного отчаянья включала любимую мамину песню. Под нее я начинала неизменно плакать и как будто становилось легче. И даже сейчас, спустя почти три года, я не могу слушать ее без комка в горле.
А папа... Папа спустя два месяца после похорон встретил свою новую "невероятную любовь", а спустя еще два месяца женился снова. Да, я могла бы оправдать такой поступок его огромной боязнью остаться одному, но почему-то оправдание выходит весьма неуверенным. Люди нередко даже после недолгих отношений еще какое-то время приходят в себя прежде чем начать новую историю, а тут человек 30 лет прожил в браке, похоронил супруга и уже через два месяца влюбился и засиял во весь рот широкой беззаботной улыбкой. У меня в голове не укладывалось как такое вообще возможно. Если и раньше между нами была пропасть в общении, то после этого она стала просто огромной. Я так и не смогла простить его.
Со мной помимо болезненных воспоминаний осталась и ВСД. Постоянная тревожность и накрывающая периодами паника, от которой я до сих пор никак не могу избавиться. Пожалуй, об этом я обязательно также оставлю несколько записей. Увы - в нашей стране к этой болезни мало кто из врачей относится серьезно, сколько раз я была в клиниках и каждый раз меня оттуда едва ли не выгоняли со словами "не занимайся ерундой, девочка". Однако же, это невыносимо тяжко жить в постоянном страхе. Я не хочу, чтобы это мерзкое липкое чувство постоянно увивалось за мной куда бы я не отправилась.
