Постепенно Мария сблизилась с Вероникой, и сама, и из Надиных рассказов многое узнала о своей новой ученице.
Побывав первый раз у Вероники дома, Мария заметила, что там очень дорогой ремонт, и догадалась, что Вероникина семья довольно богатая. Еще она узнала от Нади, что они с Вероникой знают друг друга относительно недавно, поскольку последняя раньше жила в соседнем городе. Надя, кстати, расстроилась, когда узнала, что Мария не увидела, в семье у Вероники ничего, что бы ее насторожило. Но Мария сказала:
- Не волнуйся, Надюша. Если я узнаю, что с Вероникой произошло что-то нехорошее, сразу ей помогу.
- Правда?
- Ну конечно.
Но на самом деле Мария многого не замечала. А если и замечала, то не знала их причину.
Например, почему Вероника почти всегда грустная, хотя Мария ей нравится, но при этом ни она сама, ни ее мама не объясняют, что случилось. Мария убеждала себя, что у Вероники все нормально:
- У Вероники все есть, ее любят, просто ее мама, возможно, строже, чем Надина.
Но скоро Мария убедилась, что это не так…
В тот вечер она шла домой, после того, как отзанималась с другим учеником, и во дворе своего дома вдруг увидела Веронику с небольшим рюкзачком за спиной и окликнула ее.
- Вероника! Что ты здесь делаешь одна? Ты заблудилась? – дом Вероники находился совсем в другой стороне.
- Нет, Мария Юрьевна, я не потерялась. Я ушла из дома.
Мария была в шоке, но виду не подала.
- Ну вот, что, сейчас мы пойдем ко мне домой, и ты мне все расскажешь. А там и решим, что с тобой делать.
- Володя! К нам гостья! – крикнула она, войдя в дом, и обращаясь к Веронике, спросила – Ты как, пельмени будешь?
Володя был веселым, и очень понравился Веронике. Через некоторое время, после ужина, он зашел на кухню к жене.
- Машуль, а гостья-то наша, спит.
Мария зашла в комнату, и увидела, что Вероника спит с плюшевым медведем, которого, видимо, вытащила из рюкзака.
Он был открыт, и Мария увидела, что там лежит книга, в которую вложена какая-то фотография. Мария взяла ее. На фотографии была женщина, похожая на Татьяну, только глаза у нее были не карие, а серо-голубые. На обратной стороне неровным детским почерком было написано:
«МАМОЧКА»