Я уже писала о том, что порадовало меня в последнее время: есть молодые люди, которые интересуются древними языками / https://zen.yandex.ru/media/id/5e1deb60a1bb8700b26a71ee/bukva--talassa-i-moe-malenkoe-otkrytie-chto-poradovalo-poiasnila-tut-na-dniah-622485f27d589c04fc8343a1. Просто так, для себя. На самом деле все сложнее. Латынь и древнегреческий составляют часть мировой культуры, Греция и Рим - это истоки нашей европейской цивилизации (да-да, нашей общей, что бы там кто ни говорил).
Культура объединяет. Так мы находим единомышленников, своих. А как пишет философ и психолог Анна Кирьянова, на которую я нередко ссылаюсь, в трудное время так важно найти своих.
Для меня любовь к Греции началась со слова Θάλασσα, море.
Таласса... Какое созвучие! Море сразу представляется как стихия...
Приведу отрывок из книги известного швейцарского ученого Андре Боннара "Греческая цивилизация":
...грекам пришлось ... покорить море, что они и стали делать одновременно и робко, и смело, и неумело. В свою страну они проникли с севера сухим путем. Греческие племена так долго кочевали по степям Азии и России, охотясь и перегоняя свои тощие стада, что даже забыли и название того обширного водного пространства, которое обозначается одним и тем же словом почти у всех родственных им народов индоевропейской группы. Для водного пространства, именуемого на латинском и производных от него языках mare, merи т. д., на германских языках Merr, See, seaи море, morjeна славянских, у греков не оказалось слова — они не знали, как его назвать. Им пришлось позаимствовать название у племен, заселявших территорию, на которой они осели: пришельцы обозначили море словом thalassa(«таласса»). Именно от этих аборигенов, гораздо более цивилизованных, чем они сами, греки научились строить корабли. Преисполненные вначале глубокого страха перед коварной стихией, подстрекаемые «суровой бедностью... горькой нуждой и мучениями пустого брюха», по выражению древних поэтов, они рискнули пуститься в царство волн и ветров и повели свои груженные товарами корабли над морской пучиной. Постепенно, ценой больших усилий и потерь, они становятся наиболее искусным в мореплавании народом древности, превзойдя даже самих финикийцев.
"...рискнули пуститься в царство волн и ветров..."
А также возгласом "Таласса! Таласса!", читаем в "Анабасисе" Ксенофонта, приветствовали море (в даном случае Черное море, Понт Эвксинский) греческие воины, возвратившиеся из Персии на родину после утомительного и долгого похода:
Слово полюбил и Джеймс Джойс, оно неоднократно упоминается в его романе "Улисс".
А море действительно прекрасно!